Воротиться нельзя влюбиться!

Знаешь какой?

— Какой? — спросила я, уже предчувствуя, что ничего хорошего навомирянке в этом способе не светит.

— В жертву её принести, да тем каналы между Навомирьем и Явомирьем разрушить! — восторженно поведала болотница. — Представляешь? Золотом даёт за навомирянку её полный вес! Али на диковину какую меняет. Уж я мечтаю о чём? В тайности поймать стервь эту, да Кощеичу лично отвезти! Ежели ты сама её словишь, то уж свистни мне. Я забесплатно её в столицу сопровожу да ещё и одарю тебя сверх меры.

— С чего бы такая щедрость? — скептически спросила я.

— Как с чего? Ты Кощеича видала? Красавчик-то какой, а? Глазищи чернючие, как сама ночь! А всё ходит холостым. Трое смотрин уже устраивал, а всё не лежит у него ни к кому душа. А я б показалась ему на глаза-то. Что ж я, хуже всех, что ли? Не хуже!

Болотница и правда была не хуже всех, а что до оливковой кожи, острых зубов да топи в глазах — наверняка и на это любители найдутся. У меня такую одноклассницу замуж взяли, что болотница рядом с ней просто модель.

— И в кого он такой красавчик уродился? — задумчиво пробормотала я, вспоминая образ Кощея.

Точно не в отца.

— Как «в кого»? — встрепенулась гостья. — Не в тебя ли?

— В меня? — вытаращила я глаза.

— Что, нет? — разочарованно протянула она. — А то ходят слухи, будто ты его родила…

Нет, такую вероятность исключать нельзя, конечно. Я-то понятия не имею, кого там родила или не родила Яга.

— А уж я размечталась и за князя нашего замуж сходить, и с тобой, Яга, породниться… Сама знаешь, невестка из меня получится знатная.

— Или Василиса Премудрая, — зачем-то подсказала я.

— Думаешь? — вытаращилась болотница.

— Говаривают, был у них с Кощеем бурный курортный роман… — протянула я.

— Да ты что?! — всплеснула руками болотница, и по комнате разлетелись брызги тины. — Ой, — замерла она под моим тяжёлым взглядом. — Я случайно.

— А князь, значит, наш…

Я задумчиво посмотрела на болтливую гостью, решая, как лучше вытянуть из неё сведения.

— Наш, чей же ещё? Говорят, король Егор Евпатьич в Тривосьмом королевстве, напротив, колдует во всю мощь. Да ещё знаешь что? Войной нам грозит!

— Нам? — деланно удивилась я.

— Ну, всему нашему Триседьмому княжеству, — округлила глаза болотница. — Представляешь? Я вот представляю, что начнётся, коли опять война пойдёт. Мало нам Трипятого ханства, что вечно воду баламутит?

— Политики, — презрительно поддакнула я.