Лана из Змейгорода

Но разве у них хоть что-нибудь шло, как от века заведено?

Преследуемые порождениями Нави, они миновали приграничный лес, пролетели над Щитом исполина и, наконец, добрались до ближайшей из сторожевых крепостей, которых на границах владений ящеров было выстроено не менее двух дюжин. Все время полета они продолжали посылать туда зов, но каждый раз их встречала тишина.

«Уснули они там, что ли? — изнывал от неправильности происходящего и тревоги Яромир, раз за разом повторяя заветные слова приветствия, ведомые только своим.

«А разве дозорным можно?» — чуя неладное, спрашивала Лана.

«Конечно, нельзя. Но как устоять, если очень хочется».

Лана подумала о старейшинах, бросивших фактически на милость Кощея недальновидных обитателей Хрустального королевства. Если лучшие мужи забывали об угрозе, исходившей с Ледяных островов, то что говорить о дозорных, которые в окрестностях Змейгорода отродясь никого страшней сотни выползней не видели.

И все же зря она вслед за Яромиром винила в беспечности о дозорных. Они честно исполнили свой долг. До конца. Крепость встретила их тишиной, куда более напряженной и зловещей, нежели равнодушное безмолвие камня или зева могилы. Сигнальные огни не горели, и сочившаяся из пустых бойниц тьма выглядела, кажется, даже более зловещей, нежели приближение полчищ Нави.

«Да куда ж они подевались? — отказывался верить в произошедшее Яромир, хотя даже Лана уже чувствовала присутствие смерти.

Конечно, за этот безумный полет она выложилась до предела, и ей хотелось опуститься все равно куда, спрятать голову под крыло и заснуть. Однако она понимала: приюта в крепости им не найти. Они уже видели распахнутые настежь ворота, возле которых лежали неприбранные трупы.

«Такое ощущение, что их застигли врасплох, — недоумевал Яромир, осматривая с воздуха крепость, пока Лана тщилась своим русалочьим чутьем нащупать хоть кого-то живых.

Додумать ему не дали. Открыли огонь из стреломета, — установленного на верхушке башни метательного орудия, заряжаемого гигантскими стрелами, способными поразить ящера в полете. Яромир успел увернуться, от души поливая башню огнем. Павшие товарищи не заслуживали жуткой участи немертвых, на которую их обрекли Кощеевы слуги и заклинатели мертвых.