Лана из Змейгорода

— Пока на это ничего не указывает, мы там регулярно летали дозором — покачал головой Боривой. — Да и жарковато сейчас здесь для них. Не любят они солнечного света и тепла, засыпают до зимы.

— Вот потому я и говорю, что надо дать бой сейчас и отогнать их от града, пока Кощей не привел себе подмогу! — кивнул Велибор. — А там, глядишь, и союзники из Нова города и Детинца подтянутся.

Отогнать от града. Как просто воевода об этом говорил! А ведь он лучше других понимал, каких затрат, да что там рассуждать, какой крови это будет стоить.

Лана не очень хорошо разбиралась в делах войны, хотя, как выяснилось во время их с Яромиром отчаянного броска до города, постоять за себя умела. Но зато она видела с каждым днем увеличивающееся количество раненых, далеко не всех из которых, особенно смертных, удавалось спасти. И это не считая женщин, детей и стариков, которые тоже нередко оказывались жертвами вражеских налетов.

Мудрейший и горожане не просто так поддержали Велибора. Все понимали, чем дольше враг изматывает силы, тем больше ослабеет воля защитников, тем сложнее будет победить в генеральном сражении.

Хотя все также понимали, что вернуться доведется не каждому. Но лучше погибнуть, защищая родной город, нежели умереть от лишений осады или закончить жизнь на черном жертвеннике без надежды на посмертие. Между тем как воины, погибшие с оружием в руках, могут попасть не только в Чертоги предков, но и занять место бок о бок с Перуном в его небесной рати.

И все же, глядя на, цветущих, полных сил, горящих воодушевлением мужчин, Лана испытывала трепет.

Чьи жизненные нити в предстоящей битве оборвет нож безжалостных Прях?

— Ланушка, лапушка! что притихла, приуныла! — наклонился к ней с жарким поцелуем Яромир, благо остальные ящеры и смертные, утешая и успокаивая, тоже прижимали к груди взгрустнувших жен и невест.

Сколько еще слез выплачется в подушку в ожидании битвы, а сколько их прольется потом. И хорошо, если над тяжкими ранами, а не над погребальным костром. Яромир ее тревогу понял по-своему.

— Да ты не переживай, милая. Никакому Кощею мы никого не отдадим. Не то что русалок, а ни пяди земли не уступим. И так проморгали, подпустили к стенам. Будем гнать, поганого до самых Ледяных островов.

— А как же наша свадьба? — только и смогла всхлипнуть Лана, чувствуя, как от слов любимого предательские слезы, невыплаканные за утро этого непростого дня, бурным потоком изливаются наружу.

— Сыграем в срок! — с непоколебимой уверенностью пообещал Яромир.