Ясми́новый цвет заката

Что бродить по чужому дому ночью плохая идея, она поняла достаточно скоро, но оставаться на месте тоже не могла — каждый раз накатывала неконтролируемая паника, и никакая логика помочь была не в силах.

В высокие окна заглядывала через занавески местная луна, будто проверяла, кто это тут бродит по коридорам без разрешения. Похожая на земную, но крупнее и голубоватого цвета. И узор непривычный — аж пробирает! Вот так вот идёшь, представляешь себя где-нибудь в отеле европейском, а тут раз — и видно, что чуждое, незнакомое, и что ты совсем окончательно не дома.

Обзор на город загораживали верхушки деревьев, но кое-где зарево разглядеть удавалось. Возможно, рассмотреть вид можно с третьего этажа или одинокой башенки, но Лора отложила любование на потом и отправилась вниз. Туда, где, по идее, можно раздобыть что-то съестное.

Одежду пока решила не искать, отложив задачу на более светлое время суток. Но тапки, что заприметила по пути, напялила стремительно, и дальше уже, улыбаясь от наслаждения, шлёпала задниками по многострадальным пяткам, почти перестав бояться, словно обутые ноги были гарантом безопасности.

Вообще, чем дольше бродила, тем спокойнее становилась. Чуть подумав, рассудила, что если бы она и могла умереть от какой-то очень заразной болезни или токсинов, то, скорее всего, уже бы начали проявляться первые симптомы, а чувствовала себя Лора намного бодрее, чем утром. Что симптомом решила не считать. К тому же, уставшая от переживаний и догадок, решила отнестись философски к вероятности заразиться смертельной болезнью или токсинами после всего, что здесь делала, и времени, что тут провела.

А, как бы, какой смысл теперь-то? Если оно действительно так, то бежать уже поздно, смерть неизбежна, и не стоит омрачать свои последние дни беспокойством. В конце концов-то, Эро́н же на Земле выжил? Выжил! Как минимум, сутки, а дальше…

Но в плохое верить не хотелось. А хотелось есть. Причём настолько, что даже жрать!

На первом этаже, когда Лора миновала все залы и гостиные, нашлось и то, что она искала.

Во флигеле. Похоже, там располагалась вотчина персонала, и антураж сменился, став не таким помпезным, но более уютным, что ли? Не казалось, что прислугу тут держат за нелюдей, как было в девятнадцатом веке на Земле. Больше создавалось впечатление, что у хозяев свой дом, а у слуг — свой, который они обустроили для себя и коллег, будто для семьи, зная, что жить и работать будут здесь долго и с удовольствием.