Сердце из тьмы и тумана

– А вы сами много кому о них рассказали?

Я осеклась, поняв, что не делилась даже с Ингрид. И любой адепт, наверное, предпочел бы молчать, боясь, что за неприятности добавят штрафных баллов к рейтингу.

– Но это не просто следы или не развеявшиеся крупицы. Это целый склеп! Что с ними случилось?

Кейман вздохнул. Он отошел на несколько шагов, критически оценивая содеянное, померил что-то там линейкой и продолжил состригать пряди.

– Это драконы. Считается, что они вымерли. Многие исследователи называют естественные причины: всех темных существ вытеснили в Бавигор, магов стало слишком много, драконов убивали, их использовали в борьбе за власть.

Все это, конечно, имело место, но главная причина исчезновения драконов немного в другом. Темный бог. Акорион.

Даркхолд встрепенулся, а я крепче сжала чашку. Легенды всегда были чем-то несерьезным, сказками и страшилками, так что ощущение прикосновения далекого магического прошлого слегка пугало. Здесь, в этом замке, по этим коридорам ходил Акорион.

Он вообще выглядел как человек или был таким же монстром, как и остальные темные?

Хотя Дарка сложно назвать монстром. Даже с торчащими в разные стороны волосами он все равно хорош.

– У темного бога была сестра, Таара. Он ее обожал. Это не обычные близнецы с сильной кровной связью, это две половинки одной души, по случайному стечению обстоятельств разделившиеся на две части. Таара – богиня смерти, и Акорион – ее брат, бог тьмы.

Мироздание предполагало существование лишь темной богини, но Хаос распорядился иначе, создав для нее близнеца. Настолько же, насколько силен, Акорион был безумен.

– Или велик.

– Безусловно. Сложно отрицать величие бессмертного, раздвинувшего границы магии до немыслимых пределов. До него лишь один бог мог создавать живых существ из того, что вы называете крупицами. Да, Акорион был сильный, безумный, но по-своему великий. Вопрос лишь в том, нужно ли было кому-то его величие.

– Величие не спрашивает разрешения и необходимости, – снова буркнул Дарк.

Кажется, у них с отцом определенные разногласия по вопросам легендариума.

– Не спрашивает. Но ради него приходится чем-то жертвовать. Готов?

– Будь у меня такая сила – да.

– Акорион тоже так думал. Но не учел одной вещи: разорванной душе нет покоя. Разделив ее с сестрой, он каждую минуту своего существования ощущал себя неполноценным.