Сердце из тьмы и тумана

 – Ты… Твое имя мне попалось в свитке. Это не ошибка? Ты действительно подавал заявку и теперь мой наставник?

Он долго молчал, даже не взглянув на свиток, который я показывала. И когда я уже было подумала, что разговор не состоится и мне придется просить у магистра Браунвинг нового наставника, Даркхолд тихо произнес:

– Ты меня боишься. Почему?

– Я тебя не боюсь, – с трудом произнесла я, не веря даже в десятую часть собственных слов.

– Ты лгунья. Или лицемерка. Что тебе больше нравится?

– Ни то, ни другое.

Даркхолд равнодушно пожал плечами и снова невидящим взглядом уставился в толпу.

Гордость требовала развернуться и уйти. Но вдруг выяснилось, что самое страшное – это сделать первый шаг, и Даркхолд в равной степени, как и пугал, начал интриговать.

– А тебе не прилетит, если откажешься меня наставлять?

– А я отказался? – усмехнулся он. – Наставник не может задать вопрос?

– Задавай.

– Так ты лгунья или лицемерка, Коралина?

– Хорошо, и в чем разница?

– Это просто.

Ты или лжешь, потому что сказать правду тебе тоже страшно. Или ты из числа тех, кто в лицо готов лить патоку, а за спиной менять страх на ненависть.

– Точно не второй вариант. Мне не за что тебя ненавидеть.

– Значит, ты лгунья. И настолько сильно боишься, что даже не можешь это признать.

Я начала злиться. Этот парень надо мной издевался, и хоть выражение его лица оставалось бесстрастным, он явно наслаждался производимым эффектом.

– Эй, это называется вежливость.

Люди не могут контролировать свои страхи, но стараются их не показывать, чтобы не обидеть других людей.

– У тебя хреново получается.

– Может быть. Но ты должен проявить ответную вежливость и не заметить. Так работают отношения между людьми.

– Я не человек.

Мне надоело стоять на каблуках, и я опустилась на пол, рядом с Даркхолдом. Теперь мы вдвоем смотрели на веселящийся народ и потягивали вино. Атмосфера стала непринужденнее, но я все равно чувствовала холод темного принца и старалась сидеть так, чтобы ненароком не задеть перепончатое крыло.

Кажется, мы одни не принимали участия во всеобщем веселье. Несколько минут я наблюдала за счастливой парочкой, обжимающейся в углу, а потом переключила внимание на оживленно беседующую с подопечной Ингрид.

– Дело не в том, кто ты, – вырвалось у меня. – Дело во мне.

– Еще одно проявление человеческой вежливости: взять вину на себя?

– Нет, на этот раз правда.