Трофеи берсерков

Несса не выдержала, осторожно хихикнула, наблюдая как Ада нюхает печенье, прямо таки дышит им. Оно было уже довольно старым и черствым, Несса испекла примерно неделю назад.

- Проверку ты прошла, - задумчиво протянула, - но все равно ты какая-то странная.

- Подожди, - Ада неохотно оторвалась от своего сокровища, так и не попробовав, даже еще не нанюхавшись вволю. Но решила, что насладится печеньем в более удобное время, когда никто не будет отвлекать. Очень аккуратно убрала его в нагрудный карман. К сердцу. - Что за проверка?

- Не обращай внимания, дурацкие выдумки Нессы.

Сама придумает, сама же и поверит, - посчитала нужным объяснить Ханна.

- Ничего не дурацкие, а самые проверенные и надежные. И с не прошедшими эти проверки сближаться нельзя, - с негодованием доказывала свою правоту Несса. Спор, видимо, давний. Младшая еще недолго посопела и продолжила объяснения. - Зимой, когда нечего есть было, нам дядя привез мясо и еще так, по мелочи, еды всякой. И там лежало немного конфет. Я таких никогда не видела.

И не пробовала. Они были круглые, гладкие и прозрачные. Разноцветные шарики, такие хорошенькие...

Ханна закатила глаза от монолога сестры, но Несса этого не заметила, увлекшись воспоминаниями.

- У нас тогда подруга в гостях была. Я сделала так, как меня мама учила. Тем более Марин – наша подруга... - Лисичка замялась.

- Наша сладкоежка собрала все четыре конфеты. С горящими глазами и закапывая пол слюной, уже хотела их сожрать... - продолжила за сестру Ханна.

- Не сожрать! Попробовать!

- Но решила для разнообразия побыть вежливой и сначала предложила конфетку подруге.

- А та, представляешь, - у Нессы от возмущения аж дыхание участилось, - взяла и все четыре конфеты забрала. В свои загребущие лапки! Развернулась и ушла, как будто так и надо. Пока я столбом стояла и глазами хлопала.

- После того случая она новых знакомых этим способом на вшивость проверяет, - закончила Ханна.

- И это надежный способ, говорит о человеке очень много.

Обе сестры смотрели на Аду, слушавшую их с невольной улыбкой.

Невозможно не улыбнуться, просто насилие над собой – сдерживать улыбку.

Закрывающую вход ткань в очередной раз отодвинули в сторону, и внутрь заглянул Райнис. Свою роль крутого парня он усердно продолжал исполнять: чуть прищуренные глаза и пристальный взгляд должны были вгонять девушек в краску, а приоткрытый и усмехающийся рот призван искушать и завлекать слабый пол. Говорил он нарочито низким, хрипловатым голосом.