Спасти Ивановку

Беата попыталась разглядеть ее лицо, но сверкающий венок на голове богини и золотые косы ослепляли. И все же она поняла, что видит именно ту, к которой с такой надеждой обращалась. Девушка инстинктивно понимала, что эта встреча в ее жизни может оказаться первой и единственной, в другой раз богиня может и не откликнуться, поэтому приготовилась внимательно слушать и запомнить все до мельчайшей детали.

— День добрый, Беата! — прозвучал сильный, нежный голос. — Муж твой вернется к тебе, хоть и любит другую.

— День добрый, мати-Лада! Я хочу, чтобы он любил меня.

— Мне это не по силам, — Лада развела руками в широких рукавах, — да и тебе ни к чему, ты тоже его не любишь. Возвращу я его к тебе, и будет он жить с тобой, никуда не уйдет, но лишь потому, что много у вас будет детей, внуков и иных потомков, и все до единого будут добрыми и хорошими людьми, и много добра и пользы принесут другим. Но помни одно: если хоть раз назовешь мужа непотребными словами, в тот же миг он опять вспомнит про свою любимую, и уйдет к ней уже навсегда!

Сияние, исходящее от Лады, становилось все ярче и ярче, вот уже вся она озарилась разноцветными искрами.

Беата вдруг вспомнила, что еще хотела спросить:

— Мати-Лада, а скоро ли Польша станет свободной?

Но богиня уже растворилась в снопе из искр и исчезла.

Беата очнулась над ведром. Перстень на дне давно прекратил сверкать и сиять. Ковшиком она достала его и надела себе на палец.

Потом накрыла на стол и стала ждать.

В тот же вечер в гостиной, как обычно, собралась веселая компания.

Спиридон с Софьей увлеченно разбирали ноты новой мелодии, сидя у фортепиано, Вацлав с Аглаей сидели рядом на диване и читали басни Крылова. Вошел Кузнецов, благодушно взглянул на молодежь. Заговорили о последних новостях.

— Сонька наша намылилась в дальнюю станицу к своим каторжникам, — сообщил Кузнецов, — кто теперь кормить нас будет?

— А вы скажите ей, чтобы на несколько дней вперед наготовила, — предложил Спиридон.

— Она и наготовила. Но я опасаюсь, что замуж она скоро выйдет да насовсем там останется.

Что тогда делать?

— Так не разрешайте пока, пусть подождет до мая со свадьбой. В мае прибудут новые казачьи семьи, из них и найдем повариху.

— Могли бы мы с Софьей попробовать себя в кулинарии, — сказала тихонько Аглая.

Кузнецов взглянул на нее из-под нахмуренных бровей.

— Домой я хочу, — вдруг сказал он, — так соскучился по своей семье, по родному дому. Сил нет, прямо сейчас бы пешком пошел.