Спасти Ивановку

Беата взяла свой стакан и с силой ударила им по стакану мужа. Послышался громкий звон, осколки стаканов полетели на пол. В это время женщина толкнула сидящую Аглаю, и та, размякшая от выпивки, с грохотом свалилась со стула.

Охнув, Вацлав кинулся помогать возлюбленной подняться. Через минуту обиженной супруги в школе уже не было, грохоча каблуками по лестнице, она спустилась в вестибюль, схватила свою шубу и бросилась вон из школы.

Забыв забрать детей с катка, Беата неслась домой, грудь ее жгла обида, раздирая в клочья все, что в ней еще оставалось человеческого.

Не отпускали мысли о мести, так хотелось вытворить что-нибудь такое, от чего проклятые любовники не скоро еще оправятся. Завести самой с кем-нибудь шашни? Забрать детей и уехать в неизвестном направлении? Пусть тогда попляшет! Перед глазами вставало лицо Лады в искрящихся брызгах: «Запомни, если хоть раз еще обзовешь мужа непотребными словами…» Да, с тех самых пор, как она обозвала его, не подумав, муж стал совсем чужим человеком.

Глава 11. Жертвоприношение

1881 год

Аглая шла по Ивановке, по заснеженной дороге, вдыхая полной грудью чистый морозный воздух. Что ни говори, в городе, конечно, красивее и интереснее, а все ж в деревне лучше. Привольнее, что ли. Но как же иногда тянет на родину, как же хочется пройти по просторной мостовой Санкт- Петербурга, по набережной Невы! Мечтательно прикрывая глаза, она видела в своих мечтах большие дома, Исаакиевский собор, Сенную площадь.

Вдруг с ней поравнялась Матрена Алатырцева, баба лет сорока в шубе с лисьим воротником и с лисьей муфтой.

— Доброго здоровья, — приветливо помахала рукой Аглая.

Матрена демонстративно промолчала в ответ, посмотрела на нее долгим испепеляющим взглядом, и, поджав губы, прошла мимо.

Ошеломленная, растерянная Аглая пошла дальше, как оплеванная. А ведь с этой Матреной они раньше болтали по-дружески, по-соседски. Почему люди такие странные? Значит, сумасшедшая Беата, которая житья не дает мужу, постоянно истерит и проклинает влюбленных, в их глазах хорошая, да, и с ней все здороваются, все ее любят, а она, Аглая, недостойна даже простого приветствия? Да пошли бы они все!

Навстречу ей шла другая соседка, двадцатилетняя дочка Лушиных Анна, с ведрами воды на коромысле.

Аглая кивнула ей и хотела поздороваться, но девушка стремительно прошла мимо, потом резко развернулась и плюнула Аглае вслед.