Спасти Ивановку

Для умывания есть, конечно, приспособления, но не такие удобные. Помыться — так или баню топи или топай в общественную на другой конец села.

Однако, только теперь, попав в Амурское село девятнадцатого века и пожив в хорошем частном доме, Ирина Игоревна поняла, что это и есть настоящая жизнь. И, оказывается, ее квартира в "человейнике" на десятом этаже — вовсе не тот предел мечтаний, к которому надо стремиться, а информационное изобилие вовсе не то, что способствует душевному равновесию.

Да, может, и нет здесь хорошей медицины с таблетками и уколами, зато сколько народных целителей и природных методов.

Вон, по осени Софья заболела по-женски, так пришел целитель, ободрал кору с вишневого дерева, измельчил, в бутылке белого вина настоял, и поднялась Софья на удивление быстро.

Тем более она поняла, почему восемьдесят процентов населения в то время проживали и трудились на земле.

Зимой, к примеру, вся Ивановка отдыхает и развлекается, а в городе на заводе люди чуть не падают от усталости круглый год.

С четырех утра до восьми вечера смена длится! И лишь полчаса на обеденный перерыв, а ведь надо еще успеть постирать свои вещички, с детьми позаниматься.

С Вацлавом Ирина Игоревна не особо общалась, он был какой-то чересчур закрытый и серьезный в отличие от добродушного веселого Спиридона. А с Иваном, которому зимой стукнуло двенадцать лет, отношения сложились самые задушевные. Мальчик уважал старших, был вежлив, тактичен, предупредителен.

С того памятного Рождественского вечера Вацлав ни разу не появился у себя дома, ночевал то у Аглаи, то у Спиридона.

Но в самом начале февраля, в воскресенье, вдруг заявился домой и с порога заявил обомлевшей жене и детям:

— Дети, собирайтесь, мы едем в Благовещенск одежду новую вам покупать. Будете хорошо себя вести, и игрушки купим. Заночуем сегодня в городе.

Дети молча посмотрели на мать, та слегка кивнула и ушла в комнаты. Собирались без энтузиазма, без лишних разговоров. Зося, как старшая, помогла младшим братьям одеться.

Самый младший, Стефан, выглядел вялым и молчаливым, как будто ребенок понимал мрачный настрой между членами семьи, но не возмущался, а вместе со всеми молча вышел во двор и уселся в коляску.

Оставшись одна в доме и дождавшись вечерних сумерек и полной луны, Беата быстро оделась и, стиснув зубы, взяла ведро, прошла к колодцу, зачерпнула воды. Молча пришла в дом, поставила ведро у окна, опустила в воду свой рубиновый перстень.