Нарисую себе сына

- Да почему «нет» то?!

- А почему «замуж не пойду»?!

- А это, не ваше дело!

- Я пока – ваш опекун.

- О-о, опять – старая песня. Сейчас-то она к чему?

- Вы на вопрос мой еще не ответили?! Вы понимаете, что у вас сейчас лишь два пути: либо с ним под венец, либо со мной до зимы? С человеком, который принес вам одни лишь несчастья и которого вы до сих пор ненавидите?

- А-а…

- Причем, по мнению его же, он это чувство вполне заслужил… Вы что-то хотели сказать?

- Да. С чего вы взяли, что я вас «до сих пор ненавижу»?

- Да от вас же самой, перед тем, как нам отчалить на Ньюпван.

- О-о… Капитан, вы большой фантазер и много на себя берете. Я имела в виду не вас, а всего лишь кофе, что мне Сусанна предлагала.

- Да, неужели?

- А почему я перед вами оправдываюсь?

- Я вас об этом и не просил. Тем более, вы на вопрос мой до сих пор…

- Да идите вы, вместе с вашими вопросами. Страдает он. Несчастья одни приносит. Вам, наверное, нравится вот так «страдать». А я хочу просто жить и любить… - распахнула я рот, но наткнулась на выразительный мужской взгляд.

– Понять бы еще, что это… такое… Я пойду, - и развернувшись, дернула дверь.

- Что «понять»? – приложила ее обратно взметнувшаяся передо мной рука. – Зоя?

- Что такое любовь. Чтобы больше не ошибаться. Может, вы мне расскажите, как опекун? – а, что уж там? Однако мужчина сглотнул слюну:

- Зоя, мне на этот вопрос…

- Да вы просто трусите.

- Что?

- Я буду говорить, а вы меня слушайте… Это, когда видишь в другом все самое лучшее.

Так?.. И он вызывает у тебя желание делать добро. И каждое его слово, как драгоценный дар. А еще…

- Что, «еще»?

- Еще он пахнет… Его запах. Он – родной. Так больше никто на свете не пахнет… Так?

- Зоя…

- Что? – и качнулась к нему. Чтобы еще раз вдохнуть. Проверить. Хотя, какие уж тут…

Мужская рука обхватила мой подбородок и с силой приподняла. Глаза в глаза. Всего на какой-то миг. Чтобы понять… Теория предначертанности. Да и хоб с ней.

- Зоя… вы… - его поцелуй – как от пламени ожог.

До самого сердца. До самого низа живота…

А дальше – полнейшее безумье. И теперь нас было двое. Жадно пьющих друг друга сумасшедших. Среди океана тумана, в огромной капитанской каюте. Всю до рассвета ночь…

Глава 15

«Зоя!» - и распахнула глаза… Вот это побудка. И главное, сон не пом… А что я вообще помню?.. Обрывками. Вспышками… Руками… Чужими. Чужой. Которая сейчас… Приподняв со второй чужой руки голову, в полглаза обозрела «картину»… «Капкан» и здесь - надежный.