Нарисую себе сына

- Да вы и не похожи вовсе, - вставил сбоку от нас Зача. Мой брат одарил его скептическим взглядом.

- Арсеньюшка! Сынок! Дай я тебя хоть пощупаю! – только это и успел. – Зача, где у вас тут стол? Давай ко туда вместе с корзиной.

- О-ой! Люса! А мне ведь часто «являлись» твои божественные пирожки.

- Как был богохамцем, так и остался, – вытерла слезы из-под руки Арса женщина.

И как же все славно-то у нас. Душевно и радостно. Будто, собравшись здесь, в этой светлой каюте, под флагом иного государства мы все трое взяли и дружно вырвали страницы из жизненной книги.

Все ее, еще не успевшие пожелтеть листы толщиной в четыре последних года - не было их. Нет.

- М-м-м… А и вправду, пирожки – божественны, - Зача, оторвав от потолочного окна глаза, уперся ими в меня. – Ты чего?

- Да так… ничего, - доказательство существующей реальности. Хотя, он-то в чем виноват?

- А-а.

- Ты мне лучше расскажи, сестренка, как все это время жила, - внимательно пригляделся к нам Арс.

- Нормально жила, - пожала я в ответ плечами.

- А сэр Сест?

- Что, «сэр Сест»?

- Он тебя не достает?

- Нет. Сэр Сест вообще дома теперь редко появляется. Так и живет здесь, в порту. И это просто чудо, что он вчера уехал вглубь материка по своим делам. Иначе бы тут уже торчал.

- А и пусть, - зло хмыкнул брат. – На палубу б все равно не поднялся – права юридического не имеет. Что же касается остального… он мне слово дал в обмен на мое.

- Это ты про что, сынок? – встрепенулась Люса.

- Он ведь тогда, четыре года назад, не просто так мне помог, из отеческой любви, а по обоюдной договоренности: я от доли своей наследственной в его пользу отказался. А он мне пообещал, что исполнит свой опекунский долг в отношении тебя, до самого конца.

- Святые небеса! Вот ведь, аспид на наши головы!

- Арс, ты же ребенком тогда был. Как ты мог такие обещания давать?

- Ребенком? – глянул на меня брат. – А за убийство получил бы, как взрослый.

Да и свобода, она дороже любого наследства. Я это только тогда понял, когда с кормы «Витязя» последним исчез пик Волчьей горы. Зоя, поверь мне: жизнь за порогом начинается, а не заканчивается. Правда ведь, друг?

- Точно так, - весело подмигнул мне Зача. – А ты вообще чем собираешься заниматься после своего дня рождения?

- Я?! – растерянно оглядела я сидящих за столом. – Не знаю. Прокормить себя и Люсу, смогу и сейчас и без родительских средств.