Нарисую себе сына

В очередной раз сплюнув в траву, поинтересовался:

- Какой хоб тебя сюда понес? Одну ночью на это озеро? Уж если… хотя, - прикинул в уме и снова ожесточенно сплюнул.

Я в ответ тоскливо заныла:

- Я не знаю. А, чего ты так орал то? Ты меня еще сильней напугал.

- Чего орал?.. Да как не заорать, когда… ты торчишь над водой посреди озера, задрав голову к луне?.. Зоя…

- У-у.

- Я сам за тебя испугался. Ты не замерзла?

- Я не знаю, - прихлопнула я ладошки к лицу. – Нет.

- Нет?.. Вставай. Пошли домой, - и, поднявшись, сдернул с песка меня.

Какое-то время мы шли по тропинке совершенно молча. Я – не разбирая в темноте пути и Зача, обхватив меня рукой за плечи. Хотя, его сопение было слишком красноречиво. Наконец, я не выдержала, заступив мужчине дорогу:

- Скажи, тебе Арс про меня рассказывал?

- Что ты имеешь в виду? – отвел он в сторону взгляд.

- Мои странности. Ведь ты же называл меня «сумасшедшей». Значит, он тебе про меня рассказывал. Но, Зача, со мной такое – впервые. Я и сама…

- Зоя…

- Я сама очень сильно сейчас…

- Зоя! – обхватил Зача ладошками мое лицо.

– Зоя, я тебя сумасшедшей называл, потому что ты смешная и… славная. А твой… сомнамбулизм мы вылечим. У меня лекарь в Радужном Роге есть знакомый.

- Это не лечится. Я такой родилась, - дернула я зажатой головой. – Так что…

- Как это, «не лечится»?

- Так это. Я – не лунатичка, а баголи. Предсказательница. И Зача, лучше сразу мне скажи: «Пошла прочь». Иначе потом только хуже…

- Замолчи.

- Что?

- Замолчи… сумасшедшая.

Подумаешь, не лечится. Я тебя тогда сам держать буду. Чтоб ты не ходила, где нельзя.

- Привязывать к кровати?

- Ага, - качнул мужчина головой. – И дверь на ключ запирать.

- А, знаешь, что?

- Пошел ты сам? – прищурился на меня Зача и, склонившись, чмокнул в мокрый нос.

- Примерно, так. Тоже мне, лекарь-экспериментатор.

- А, если, не привязывать, а по-другому тебя держать?

- О, это тоже – весьма сомнительное лечение.

- А если… - коснулся он губами моих.

– Ты ведь даже не знаешь, от чего… - и повторил «процедуру».

- Зача… Да, Зача…

- Зоя, что?

- Ни-чего…

Звезды в небе казались сейчас такими близкими, а в промежутках между его поцелуями я иногда замечала луну. И все это небесное кружево качалось вместе со мной, запрокинувшей голову в траву. Прохладную, щекочущую голые плечи и раскинутые в стороны руки. И, наверное, мне было хорошо в этом сплетенье земли и неба, шепота и обжигающего мужского дыхания.