Новая хозяйка Академии

– Однако не мы одни почувствовали её смерть, – парировала я. Но Ян не впечатлился.

– Косс, мой род имеет особый талант, поэтично названный "поцелуй Мары". Я чувствую смерть, я могу её увидеть и найти путь к ней. В Академии есть Темновские-сенсорики, но отмеченный только я. Улавливаешь? Ребята просто решили бы, что поблизости умер пьяница или бедняк, а Ружана и раньше исчезала надолго. Мы спохватились бы слишком поздно.

– Но столь длинная схема с Зариной и дилижансом – и всё ради того, чтобы выманить тебя из Академии? – усомнилась я.

– С Зариной дело вообще тёмное... Нет, таланты рода — это закрытая информация, такой не делятся на каждом шагу. В конце концов, проще уж дождаться, когда я покину Академию своим ходом. Правда, они могли спешить...

– Возможно, в этом есть доля истины, – признала я. – Ружана хотела поговорить со мной утром.

– Знаешь, накануне смерти Любомир, бывший декан, тоже звал меня на беседу... Какого упыря я домой поехал в тот день?!

Я машинально поддакнула, изумлённо разглядывая ещё одно личное дело.

– Чем ты там занимаешься? – Темновской возник надо мной внезапно, как чёрт из табакерки.

Точно безликим был в прошлой жизни! С трудом удержав лицо, я явила его взору ещё одно личное дело. Почти пустое. Его личное дело.

– Говорил же, что я бывший полицейский, – развеселился Ян. – Все данные на меня хранятся в императорском полицейском архиве. Так что не обессудь, любопытная наша.

Я показала ему язык. Не потому, что невоспитанная... просто Темновской явно напрашивался на такое обращение.

В ответ Ян сурово нахмурил брови.

– Отшлёпаю ведь, не посмотрю, что глава! – пока я переваривала его слова, декан запер стеллаж и выдал: – Одного не понимаю, как убийца покинул Академию, минуя контур. Смотрящих по периметру не меньше десятка, нарушить защиту, кроме как на воротах, невозможно. Это древнее колдовство, сплетённое с оградой и зданиями. Не сквозь землю же они провалились!..

Иногда со мной случалась одна нехорошая вещь. Я словно проваливалась в омут, всего на мгновение.

Лекарь в Ладанье сказал, что это из-за зелья, которым меня пичкали в детстве. Няня подливала мне настойку ром-травы, вызывающей потерю памяти и галлюцинации. Но даже будучи ребёнком, я боролась, и моя энергия нашла странный выход. Зелье изменило эффект, став частью моей силы.

– Нужно зеркало, зеркало! – повторяла я, схватив Яна за руку.

Помню, в кабинете отца было старое зеркало! Пока Темновской не пришёл в себя, я тянула его по коридорам Академии.