Ночная фиалка

Первую молоденькую горничную, посмевшую сочувственно улыбнуться Даре, тут же заменили на высокую тощую женщину с куцым пучком волос на голове и брезгливым взглядом старой девы. Её зависть быстро переросла в ненависть, и Даре доставались лишь злые взгляды и короткие фразы.

Утренние прогулки с Хортесом неизменно превращались в тонкое лицемерное издевательство. Доверенное лицо императора не опускалось до прямых оскорблений, но завуалированные намеки заставляли Дару кипеть от злости. Скольких усилий стоило девушке сдерживать свой гнев.

Она прекрасно понимала, что заставляло Хортеса поступать таким образом - привычка. Стиль общения во дворце балансировал между заискиванием к тем, кто стоял выше и презрительным равнодушием к низшим сословиям.

Дара знала единственный способ не сломаться, не поддаться отчаянью - полностью закрыться, отстраниться от происходящего, не дать проникнуть дворцовой гнили внутрь, не позволить испоганить душу. Наблюдать, выжидая подходящего момента, чтобы самой вступить в игру.

Но как тяжело сохранять внешнее безразличие...

Мысли о предстоящем замужестве неотступно преследовали Дару, и она уже жалела, что отказалась узнать имя будущего супруга. Со временем ей все яснее становилось, что не только ради сближения их народов или восстановления исторической справедливости, император организует поспешную свадьбу, а как будто боится чего-то. Но он же прекрасно знает, что долго её муж не проживет в Аргании. И стоит Даре намекнуть на нежелательность этого брака, ему быстро организуют несчастный случай.

Выходит, не все так радужно и для будущего супруга - его фактически высылают из страны, организуя скорую смерть чужими руками.

Ей обязательно нужно переговорить с женихом до свадьбы. Слишком многое зависит от этого разговора.

Дара и сама понимала, что пришла пора прекратить многолетнюю вражду между двумя государствами. Давно ушли тропою мертвых участники столетних событий, некому больше мстить - последнее украшение принцессы найдено.

Брак станет идеальным поводом к восстановлению дружественных отношений, в идеале, конечно. Вот только император не тот сосед, с которым можно надеяться на равноправие. За его ослепительной улыбкой скрывается два ряда хищных зубов, а за спиной захватнический опыт многих поколений императоров по присоединению соседних территорий.

Границы сегодняшней империи сформированы скорее природными причинами, чем политическими.