Проклятый капитан. Колдовской знак

Одна ты никуда не пойдешь, — глухо произнёс вдруг Эрик позади.

— Почему? — Джейна обернулась. Он недвусмысленно перегородил путь, сложив руки на груди. Неожиданный страх шевельнулся в груди. — Мне ты тоже не доверяешь?!

— Я никому не доверяю. Тебе не грозит смертная казнь. Если тебя схватят, всегда сможешь сказать, что я утащил тебя силой и что только я убил всех солдат. Сможешь покаяться, ты им явно зачем-то нужна. Разве не так?

Он действительно так думает? Джейна ничего не ответила, только сузила глаза.

— Зачем тебе помогать мне после всего, что ты узнала? Уйдешь одна, попадёшься Служителям и останешься в живых.

Выбор между жизнью и смертью всегда очевиден. Потом выдашь, так или иначе, где я скрываюсь. А я умирать не хочу. — Эрик прошёлся по чердаку из одного края в другой, чуть пригнувшись, когда приблизился к скатам крыши.

— Тогда остаётся один путь, — она замолчала и дождалась, когда Эрик остановится. — Мы должны вытащить Алекса, — уверенно заговорила Джейна, как зачарованная, не сводя взгляда с его правой руки.

Эрик удивленно задрал брови. — Я не знаю как, но...

— Что?! Спасти Алекса? Чушь! Забудь.

— Мы не сможем иначе — никто нас не поймет на энарийском! — порывисто и горячо продолжила Джейна, пока Эрик не закидал её насмешками. — И, скорее всего, тут же сдаст Серым. Алекс знает ивварский, он знает город и поможет выбраться отсюда. Он нам нужен! Это единственный шанс!

— С чего ты взяла, что он вообще ещё жив? Видела, какую свистопляску он им устроил? — спросил Эрик, а потом внезапно довольно рассмеялся.

— Было, кстати, впечатляюще. Такого зрелища эти серые морды явно никогда не видали. Но, скорее всего, там же Алекса и прибили. Для Порядка. Ибо никому нельзя нарушать установленные законы, даже известному капитану. Он пошел на самоубийство, когда устроил это в окружении десятка Серых. Самоубийство, слышишь?

Самоубийство?! Но… да, Серые неподвластны магии. Они наверняка легко его остановили. Мрачная решимость Алекса говорила, что он знает, что делает, и понимает, чем это грозит.

Не хочется верить, что его убили! Ради всех святых, она не будет в это верить!

— Ты сам говорил, что выбор между жизнью и смертью очевиден. Почему же тогда Алекс... для чего?! Может, чтобы дать нам сбежать?

— Да понятия не имею. Может, и так. Благородство, знаешь ли, в основном, состоит из весьма глупых и необдуманных поступков, — сказал Эрик, откусывая зубами торчащую нитку из порванного рукава, — и не способствует долгой жизни.