Обещанная демону. Огненная академия

Оставшиеся две трети выглядели не лучшим образом – кожа в тех местах покрылась кровавой коркой и была воспалена.

– Татуировка? – ахнула я. – Эйр, зачем?

– Помнишь, я говорил тебе, что у меня есть кое-что получше для сдерживания огня, чем браслет?

– Да.

– Это оно. Магическая печать, которую раньше наносили на демонов, неспособных держать свой огонь в узде. Самый надежный способ избавиться от неконтролируемых возгораний. Создавать такие татуировки умеют лишь даньяри, но и среди них мастеров можно пересчитать по пальцам, потому что нужно быть и татуировщиком, и магом-лекарем.

Я не нашел в Овирии никого, кто мог бы это сделать. Пришлось написать знакомым в Хантар, а те попросили Зорта, – Эйр кивнул на второго демона, – приехать и помочь мне.

– Но это же больно! И… – я покусала губу. – Ты сможешь после этого владеть магией?

– Во-первых, терпимо, во-вторых, смогу, – успокоил демон. – Когда татуировка будет завершена, сила перестанет течь настолько легко, как раньше, но это приемлемая цена за то, что я перестану сжигать ни в чем не повинных девушек.

Мне совсем не хочется причинять кому-то вред, Талли. Особенно тебе.

Я растерянно смотрела на него, не зная, что сказать.

Это была одна из последних вещей, которые я могла предположить, когда направлялась на постоялый двор. Я ожидала чего угодно – если честно, даже того, что найдутся доказательства измены Эйра. Но магические татуировки?..

В Овирии не было распространено искусство даже обычных татуировок. Оно всегда считалось дикарским, особенно среди аристократов.

Образованный человек найдет, как показать свой статус, и без каракулей на коже, а для магических целей обычно хватало амулетов. К тому же люди, одновременно обладающие нужным даром и сведущие в мастерстве нанесения рисунков, в самом деле были невероятно редки.

Поэтому сейчас я могла лишь отдаленно представить, что приходится испытывать Эйру. Корка на его спине выглядела ужасно, а если совместить это со стонами, которые слышал хозяин «Охотника», то боль никак не могла быть «терпимой», как уверял жених.

И все это – ради меня. Ради девушки, которая ему не отвечала взаимностью и вообще пыталась всеми способами избежать свадьбы.

Пока мы с Эйром разговаривали, хантарец изучил намеченный рисунок печати на спине, поворчал и подтер смазанное. Судя по разложенным инструментам, мастер не успел перейти к набиванию, когда внизу к нам с Анвой пристали пьяницы, и собирался продолжить сейчас.