Провинциалка в высшем свете. Книга 2. Огонь без дыма

После чего отпустил мою руку и отступил на шаг.

— Его величество пытались убить, — сухо сказал он, переведя взгляд на Томаса. — Вчера вечером он, как обычно, пожелал всем спокойной ночи и удалился спать. А утром Ринуальдо обнаружил его без сознания, мечущимся в бреду. Роберту повезло. Я как раз направлялся в его кабинет. Накануне мы договорились встретиться утром и обсудить новые подати для купцов. Я услышал крики Ринуальдо, кинулся на помощь. И подоспел как раз вовремя. Еще бы минута промедления и…

Тегрей не договорил фразу.

Впрочем, это было и не надо. И без того понятно, что он хотел сказать.

— Полагаю, моего брата спасла бессонница, которой он давно мучается, — после недолгой паузы негромко продолжил он. — Тот, кто подложил эту куколку ему под кровать, рассчитывал, что король проведет на ней всю ночь. — Кашлянул и вкрадчиво спросил: — Или вернее будет сказать — та, кто сделала это?

Я внимательно смотрела на Томаса, пытаясь понять, о чем он думает, слушая рассказ герцога. Поэтому увидела его реакцию на этот вопрос.

Точнее сказать, полное отсутствие таковой. Томас не повел и бровью.

— У тебя есть основания думать, что короля пыталась убить женщина? — коротко спросил он.

Тегрей неопределенно пожал плечами. Заложил за спину руки и неторопливо прошелся по комнате. Остановился напротив окна и одернул гардину, позволив потокам яркого солнечного света хлынуть в комнату.

Томас не торопил его с ответом. Он по-прежнему стоял, неестественно выпрямившись и глядя в спину герцога. Но я видела, каких усилий ему стоит сохранять терпение.

Я буквально чувствовала всей кожей волны напряжения, исходившие от Томаса.

— Если честно, в этой истории лично для меня слишком много вопросов, — так тихо, что мне пришлось напрячь весь свой слух, проговорил Тегрей, что-то пристально рассматривая по ту сторону окна. — И прежде всего, я не понимаю, кому могло бы понадобиться убить Роберта.

— Зато я прекрасно понимаю, — почти не разжимая губ, буркнул Томас.

— Брось. — В отражении стекла было видно, как Тегрей досадливо поморщился.

— Я уже сказал, что давно не имею желания занять престол. Теперь мои былые планы по захвату власти в Альмионе кажутся мне по крайней мере смешными. Это была обычная юношеская блажь и мечта о власти. И благо, что ты тогда меня остановил.

Томас ничего не сказал. Лишь крепче сжал губы, так, что они превратились в две тонкие бескровные линии.

— И потом, в некотором смысле я вне подозрений, — с плохо скрытой усмешкой заметил Тегрей.