Провинциалка в высшем свете. Книга 2. Огонь без дыма

— Странный? — с усмешкой переспросил он. — Почему это, милая Альберта?

— Потому что сразу же начинаете угрожать, — осторожно проговорила я, осознав, что отмолчаться не получится. — Почему бы не попросить Томаса по-хорошему? Не думаю, что он отказался бы. Речь идет о действительно важном происшествии. А вы…

Я мудро не завершила фразу. Лишь выразительно всплеснула руками.

Тегрей открыл было рот, желая мне что-то ответить. И наверняка резкое, если судить по жестким складкам, появившимся вокруг его рта.

Но в последнее мгновение передумал.

— Просто герцог не умеет просить, — вместо него сказал Томас. — И никогда не умел. Ему гораздо легче запугать человека.

— Но преданность и дружбу нельзя купить шантажом, — осмелилась я на еще одно замечание.

— Ошибаешься! — вдруг с гневом осадил меня Тегрей, и я испуганно сжалась. Ишь, как его проняло. А герцог уже продолжил, будто вколачивая каждое слово в мою повинно склоненную голову: — Преданность именно так и завоевывается.

Люди боятся того, кто сильнее. Даже мысль о предательстве страшит их, поскольку они понимают, что наказание за это последует сразу же и жестокое. А дружба… Я никогда в ней не нуждался. Друзья еще опаснее, чем враги. От последних, по крайней мере, всегда знаешь, чего ожидать. Никто не может ранить больнее, чем тот, кого ты считаешь другом. Потому что он лучше остальных знает, куда надлежит бить.

Герцог после своей яростной прочувственной тирады замолчал, силясь отдышаться.

Я с удивлением глядела на его побледневшее от избытка эмоций лицо.

Ничего себе! Я и не думала, что мое замечание его так заденет.

— Простите, я несколько погорячился, — спустя пару мгновений уже спокойнее проговорил Тегрей. Покачал головой, с прежней иронией добавив: — Да, Томас. Твоя невеста и впрямь потрясающая личность. Уже давненько никому не получалось рассердить меня по-настоящему.

— Альберта такая, — с легкой иронией отозвался Томас.

Я смущенно переступила с ноги на ногу.

И как это мне реагировать на столь сомнительный комплимент?

Впрочем, никто из мужчин и не ждал от меня каких-либо слов. Они вновь схлестнулись в молчаливом поединке взглядов.

— Хорошо, — спустя целую вечность неохотно проговорил Томас. — Я возьмусь за это дело.

Тегрей воссиял в радостной улыбке. Она удивительным образом преобразила его лицо, смягчила хищную линию скул и разгладила властные морщины, пролегшие от крыльев носа к уголкам рта.