Повариха

Даже несчастные коржики! Даже из неполного количества ингредиентов! И то их раскупали, как говорится, с пылу с жару! Ничего не оставалось. Здесь же, как я видела, не отличались разнообразием сладости. Только сладкое тесто и выпечка булок и пирогов с джемами из местных фруктов. Тут не пекли торты и пирожные, не делали мороженое и не варились компоты с чаем. Только пиво, вино и молоко. Да еще кто-нибудь для своих женщин заказывал творог с медом. Тут я и решила начать вводить кондитерку. Пусть не завсегдатаям выпивохам, а дамам и их детям, но их можно было бы продавать на рынке, организовав выносные лотки со сладостями.

Как это все осуществить, я пока не знала, но мысль запала. Да и конфет с шоколадом здесь не было. Чай же был очень дорог и его употребляли лишь богатые люди. О кофе даже слыхом не слыхали. Мороженое не знали. Так что мне бы по хорошему открыть бы тут кафе с этими продуктами, да кто же даст и не посчитают ли это блажью или еще хуже колдовством! Как в жару и сделать холодное! Непонятно! А все что непонятно – в костер!

- Бр-р-р! – передернула я плечами, как от озноба.

– Нет, пока оставим все на потом. Когда-нибудь может и случится у меня такая мечта. Да уместно ли такое кафе здесь, у замка или трактира? Это надо в город. В столицу лучше всего. Да где та столица? До неё, как до Луны пешком.

Я, усталая после трудной смены, лежала на кровати и фантазии уносили меня далеко. Вместе с Белым рыцарем или же с менестрелем я пока не решила.

Утром опять работа по готовке завтрака и задела на вечер.

В кухне был ажиотаж – сегодня второй день соревнований рыцарей и сегодня они будут драться на мечах. Все возбужденно переговаривались, строились догадки, кто же будет победитель, и многие, особенно мальчишки, отдавали первенство, конечно, Белому рыцарю.

- Вы не понимаете! – фыркали они, когда девушки подначивали их, специально возражая. - Он самый сильный и искусный фехтовальщик. Его никто не сможет победить и свою группу он также сможет подготовить основательно.

Вот увидите.

Тут опять спорили, ругались и даже плевались. Девушки, видя распетушившихся мальчишек, смеялись и уходили от шутливых тумаков. Я не останавливала их игры, так как сама болела за Белого рыцаря и радовалась тому, что вновь увижу его. Грубель не вмешивался в эти разговоры и только проверял и наблюдал. Его рука по-прежнему болела. Да, ожог заживает долго, по себе знаю. Сколько мне пришлось их пережить! Каждой домохозяйке тоже известно.