Корона для злодейки

Замок казался вымершим, но стоило мне сесть в высокое кресло во главе длинного стола, как сбоку тут же возник тучный синеватый дух в поварском колпаке и с глубоким поклоном смиренно спросил:

- Чего пожелаете, повелительница?

Я удержалась от вскрика, глянула на кота, который мне ободряюще подмигнул и тихо произнесла:

- Кофе, несколько тостов, джем, яичницу, поджаренный до хруста бекон. И еще стакан яблочного сока.

Если призрака-повара что-то и удивило, то он ничем это не показал, с поклоном растворившись в воздухе.

- И как мне теперь быть? – спросила я кота.

- Жить, - предложил мой зеркальный советчик.

- Я ведь не ведьма, не темная колдунья, - напомнила я ему. – И не злодейка!

- Ну об этом никто не знает, - напомнил он мне. – А Злею все так боятся, что никто не пр-ридет сюда, чтобы пр-ровер-рить настоящая вы или нет. Вам ничего не гр-розит.

- А сама Злея? – хмуро уточнила я.

Кот мазнул хвостом, зеркало затуманилось, и я увидела светлую девичью спальню. Бежевые обои на стенах, светлые полы, пухлая светлая мебель.

В каждом кресте торчало по изящной подушечке с вышивкой. Полог кровати украшали рюши. На шторах в садах из цветов и сердечек прятались райские птахи.

Пастельная идиллия. Идиллия, которая могла стать моей новой жизнью…

И посреди этой идиллии бушевала высокая стройная блондинка. Она стояла в центре комнаты, облаченная в кремовое платье, про которое в каком-нибудь романе позапрошлого века сказали бы «утреннее», и с воплями швыряла чашка за чашкой в ошеломленную таким поведением горничную.

Но даже в таком состоянии девушка выглядела сказочно красивой, хотя чай забрызгал ее светлое платье, а идеальные завитки волос выбились из прически и торчали во все стороны.

- Похоже, Злея совсем-м не р-рада пер-рем-менам-м, - прокомментировал кот за кадром.

- А девушка красивая, - с тоской проворчала я. – Бедная Белла. Ей повезло гораздо меньше, чем мне. Я хотя бы жива, а она?

Кот промолчал, но и так было ясно, что бывшей Белле уже не вернуться.

Новая мысль немного отрезвила, возвратив мне если не бодрость, то хоть толику всегдашнего оптимизма.

«Ну пережила же я смерть мамы, проблемы с финансами и разрыв с Ваней, значит, и сейчас переживу, - подумала я и решительно кивнула сама себе. – Давай. Не кисни. Не капуста».

- Меня, кстати, Мариной зовут, - сообщила я коту. – А вас?

- М-м-мар-р-рина, - повторил кот. – Кр-расиво. А м-меня? М-меня никак не зовут. Я же пр-росто зер-р-ркало.