Конфидентка

- Милорд, вы в обители Софьи Дивотворящей… - Сама заметила, как постыдно дрожит ее голос. – Сии стены пропитаны верою в святое чудо. Благословение, полученное здесь, останется с вами…

- Ну, прошу.

Она завершила спираль, скомкала наспех слова молитвы.

- Вы довольны? – осведомился эмиссар. – Теперь приступим к делу?

Аббатиса повела его к подвалу, в котором содержался Дэвид Аттертон. Но и тут не угодила!

- Ваш город встретил меня глупостью. Толпа семинаристов перекрыла дорогу и стала жужжать про этого воришку.

Дорога – не зал суда, а они – не свидетели! Я приказал разойтись, но ослы подчинились не сразу. Я устал от их голосов и от имени Дэвид. Желаю отдохнуть.

- Вина, милорд? Присядьте в беседке, а я прикажу…

Он прошелся взглядом по ее круглым щекам, заметной груди, мягкому животу.

- Отдых достойного человека – это не чревоугодие, а смена вида работы. Отвлечемся от Дэвида. Расскажите про обитель.

О, Софья величавая!.. Именно с показа своих владений аббатиса и хотела бы начать. Ведь дело Дэвида – не самая выгодная тема для начала.

Оно выдает пару промашек: дуреха Лизбет оставила студентов без присмотра; Предмет лежал на алтаре, не запертый в сундук. А вот экскурсия по монастырю представит аббатису в наилучшем свете: все чисто, ухожено, в порядке и блеске. Она могла часами рассказывать о том, сколько стараний вложила в эту обитель…

Но теперь, после столь неудачного знакомства, все шло вкось и вкривь. Похвасталась скульптурой в беседке: работа прекрасного мастера, точная копия знаменитой Елены Озерной.

Получила выговор: Праматерь должна стоять в храме, а в беседке – местночтимый святой. Показала библиотеку: отдельное здание, светлое, сухое, книги упорядочены и сведены в каталог. Эмиссар заглянул на столы переписчиц:

- Труды Марека и Симеона? Не вижу смысла, у Цекрви Праотцов свои переписчики есть.

Аббатиса отвела его в розарий. Отличное изобретение, одно из лучших! Уход за розами требует старательности и прилежания, послушницы обучаются полезным качествам, а монастырь получает хороший доход, продавая цветы… Эмиссар потрогал стебель:

- Острые шипы, не правда ли? Как по-вашему, послушницы часто колют пальцы?

- Случается порой…

- А вы продаете цветы за деньги.

Получаете выгоду от страданий. Третья заповедь, сударыня.

Дормиторий прошлым летом подвергся ремонту. Аббатиса гордилась: не просив ни агатки из верховной казны, исключительно за собственные деньги, она наново побелила здание и заменила оконные рамы.