Тёмный маг: пособие по выведению из себя

На меня начало капать сильнее, балдахин рисковал порваться ко всем бесам в ближайшие пару минут.

Нимфа недвижимым столбом ненависти сопела под заливающимися во все места струями.

-Прекращай этот импровизированный праздник середины лета, — хмурясь от стекающих по плечам и спине капель сказала я, — Надоело!

Марьяна растерянно потупилась, пытаясь обратно натянуть на себя одеяло:

-Ты же знаешь, магия мавок она... Она стихийная... И часто невозможно остановить то или иное заклинание.

Машинально моя рука с силой встретилась со лбом и я повалилась на спину, подставляя уже толстенькому ручейку свой живот.

-Что за дрянь ты вызвала? Илистый потоп? Речную топь?

-Нет, просто болото перенесла. — Мавка мечтательно улыбнулась собственным мыслям.

На пол тяжелым комом шлепнулось что то размером с два кулака. Всё еще неподвижная друидка скосила глаза к середине комнаты и со страху от увиденного сбросила сеть, залетая на мою кровать.

Полог от неловкого движения Амиры треснул и обрушил на нас по меньшей мере ведро болотной воды под аккомпанемент смеющейся Миры и квакающей жабины — виновницы, испугавшей нимфу.

Я обреченно вздохнула, уставившись на плавающие по комнате перья, перепуганного домовичка, сидящего в укрытии между зачарованными полками с травами, и удобно устроившуюся на стопке конспектов жабу.

Утро началось паршиво. И словно в подтверждение моих мыслей дверь распахнулась, унося в общий коридор наше комнатное болото. На пороге стояла Лира, четвертая из четырех ныне живущих в этих скромных бочагах... тьфу, покоях. Судя по скучающему выражению лица девушки — особого впечатления свежий душ на неё не произвёл. Она лишь всплеснула руками, мол «что еще можно от вас ожидать» и, развернувшись, зашагала прочь, не закрывая впрочем двери, что давало надежду на её скорое возвращение.

Может быть мавке и было комфортно в своей родной стихии, но точно не мне. И не найдя ничего лучше, я спихнула с кровати мокрую нимфу и поднялась, совершив над собой огромное усилие. Ноги, с громким чавканьем, противно увязли в ковре, некогда подаренным самим ректором за победу в номинации «самая тихая комната».