Тёмный маг: пособие по выведению из себя

Я протянула требуемую конечность и на безымянный палец мне надели то самое кольцо. Сначала оно обожгло кожу так, что казалось останется след, я дернулась в желании стянуть его. Краем глаза уловила напряжение на лице Виридиана, но остановилась на половине движения. Ободок словно извиняясь охладил обожжённую кожу, я успокоилась и сменила подозрительность во взгляде на любопытство. Тонкий красный металл разлился ярким светом и заструился вдоль шинки, мерцая оранжевыми искрами. Завораживающее зрелище, словно металл был живым… 

-Первородный огонь, - магистр опять ничуть не стесняясь прочитал мои мысли.

 

-Он должен был меня обжечь… Нет. Должен был меня убить, даже мимолетным касанием. Но вместо этого огонь откликнулся и мне становится страшно. Читая мои мысли, как открытую книгу, ты должен это понимать. 

Я могла притворяться наивной девочкой, беситься с подругами, подстраивать козни учителям, но я не была глупой и против очевидных вещей стеклянных глазок не делала. Мир магии полон подвохов и неожиданных поворотов, один неловкий шаг и я могла быть замешана в любую историю, сама о том не подозревая.

Ход моих мыслей потревожила Гархара. Шустро переместившись к солнечному сплетению она утробно заурчала, пропуская через себя силу первородного огня, влившуюся в мои энергетические потоки. 

-Мирта — это дочь Танатоса? - я решилась на первый уточняющий вопрос. 

Последовал сосредоточенный кивок. Взгляд магистра был прикован к хвосту тёмной тварьки, свисавшему на мой голый живот.

Я сразу почувствовала себя неуютно из-за такого внимания к сомнительным прелестям, как моим, так и гархары. Уловив моё недовольство живность свернулась в комочек под покровом непроницаемого топа. Вир взгляд всё-равно не отвел и с крайне задумчивым выражением лица водил пальцем по подлокотнику кресла. Я с трудом подавила желание одёрнуть топик и прикрыться.

-О чем задумался? - вопрос все равно вышел слишком нервным. 

-О масштабе наших проблем, беседе с твоим папулей и о той надписи.

Пытаясь уловить твои мысли сейчас я слышу только обрывки, но судя по ним - ты не врёшь. Ты ничего не помнишь, но я все ещё зол до сииров, по этому предлагаю лечь спать, а утром устроить… Семейный совет. 

Такая горькая усмешка отразилась на лице мужчины, что я невольно содрогнулась. Он был ужасно холоден, что вызывало жуткий диссонанс с недавно пережитыми в его объятьях эмоциями. Я молча согласилась и наигранно бодро прошествовала к комоду с его одеждой.