Дневник темной леди

Гены отца-альва сыграли веселую шутку, и у потомственной некромантки родился малыш со светлым даром. Чудесный и очень одаренный мальчик, который не жалеет себя и своих сил, стараясь помочь окружающим. Ты – такой же. Поэтому мне и безразличны твои материальные достоинства, которые меркнут в сравнении с душевными качествами!

– Спасибо, – смущенно улыбнулся Гаран, делая глоток из кружки. – Таких комплиментов мне еще не делали.

– Всегда пожалуйста. Ты главное жуй, не останавливайся.

– Откармливаешь на убой?

– Скорее, чтобы самой не убиться.

А то ночью, вместо мужественного плеча, натыкаюсь на острые кости. Нет, к скелетикам я привычная, но по ночам все же хочется комфорта.

– В таком случае следует спать одной, – раздался от входа недовольный голос капитана Лиркана, заставивший поперхнуться.

Пока заботливый лекарь приводил меня в чувство, кэп сгрузил на стул еще одно шерстяное одеяло – четвертое, кстати – и, сложив руки на груди, замер у стола.

– А чего он хочет? – тихо спросила я у Гарана, откладывая в сторону недоеденный бутерброд.

– Ждет, пока я поем и уйду.

– Тогда ждать придется долго, потому что после ужина я планирую устроить тебе допрос.

– Можете задать вопросы мне, – с тем же каменным выражением лица произнес капитан.

Ага, задать-то я могу, но не факт, что вы ответите! Хотя попытка не пытка…

– О каких кристаллах вы вели речь, и почему их может зарядить только загадочный Шантей?

– Дерра, а вам никогда не говорили, что подслушивать нехорошо?

– «Нехорошо» только для тех, кого подслушали, – мило улыбнувшись, я забралась на койку с ногами и удобно устроилась на подушках.

– А вот вас, капитан, явно не учили, что отвечать вопросом на вопрос – дурной тон!

– Наглая девчонка, – покачал головой глава отряда зачистки и посмотрел на Гарана. – Не задерживайся долго.

И все! Ни прощания, ни пожелания спокойной ночи! Просто развернулся и вышел, запустив напоследок в палатку холодный воздух. Бессовестный!

– Я так понимаю, меня сейчас будут пытать? – с улыбкой спросил лекарь, отставив пустую тарелку.

– Только в том случае, если откажешься сотрудничать на добровольной основе.

– Так, ради интереса, какие виды пыток ты собираешься применить?

– Вначале подразню бутербродом, который у меня есть, а у тебя уже нет! Потом теплым одеялом и подушкой, до которых тебе только предстоит добраться…

– Все, дальше можешь не перечислять, – засмеялся Гаран и, недолго думая, улегся рядом со мной. – Я готов сознаться во всем! Даже в том, чего не делал.