Снежная золушка

— Эй, ты чего? — заволновалась я, пытаясь не то слезть с него, не то наставить ему лишних синяков, разворачиваясь, чтобы заглянуть в лицо, ибо нормально подняться на ноги никак не получалось, а беспокойство нарастало. — Ты там живой? Живой же?! — воскликнула в панике. Вдруг он сознание потерял? Я на себе этого медведя домой не дотащу! Да что там домой… мне его с места не сдвинуть даже!

— И не надейся. — Арво криво усмехнулся, открывая глаза. — Не добила ты меня, Белочка. Хотя и очень старалась.

— Да я… — хотела сказать, что вовсе не пыталась ему навредить, но не успела.

— Ерзала, вертелась, огрызалась и в довершение всего потеряла ледянку, — перечислил он мои «подвиги», продолжая лежать на снегу. Стало стыдно. А альд все никак не поднимался — такими темпами в нас скоро следующая команда врежется. Или нет? Когда там новых участников запускают? Хоть убей, не помню!

— Виновата, признаю. Но ты тоже не сахар, — упрекнула его. Просто так, чтобы не расслаблялся. — А теперь вставай и пошли отсюда, пока тебя не добил кто-нибудь более удачливый, чем я.

Попыталась поднять его, потянув за руку, — бесполезно. Ну и бес с ним! Хочет доской по башке получить — воля его! А у меня там где-то ребенок без присмотра бродит — Маритта за Олли могла ведь и не уследить, у нее своих лисят трое.

Плюнув на напарника, я, пыхтя, аки ежик, начала подниматься, и мне это даже удалось… почти. Поскользнувшись, я снова рухнула на альда. Приземлилась куда-то в район его живота. Лис дернулся, совсем не по-лисьи крякнул и, как любой человек, на которого неожиданно падает что-то тяжелое, схватил это что-то (то есть меня) за что попало.

— Гм… — выдал Арво, сжимая мои ягодицы. — Беру свои слова обратно… про «не за что подержаться».

Оцепенение как ветром сдуло, а кулаки зачесались. С ними (с кулаками, то есть) я на эту ехидину белобрысую и накинулась. А альд только смеялся, даже не пытаясь меня остановить, — через куртку, видать, тычки вовсе не ощущались.

— Агрессивная какая Белочка… ай! Да хватит уже! А то сейчас спеленаю и рядом уложу, — пригрозил он, и это подействовало. Сдув с лица непослушную прядь, выбившуюся… из «вороньего гнезда», полагаю, я хмуро уставилась на Арво. Лицо горело, кончики ушей тоже, а этому нахалу все как с гуся вода!

— С вас, наверное, надо плату взять, как за еще одну поездку, — сказала женщина, приближение которой мы, занятые друг другом, не заметили.