Берова тропа

— А другой лекарь?

— Хотел кровопускание делать, Ольг не дался.

— И правильно не дался. Жар был? Кашель? Раны как выглядели?

— Раны вроде не кровили. Жар бы, кажется. И глаза… глаза у него страшные стали. Красные.

— Почему раньше не позвали? — Марика быстрым шагом пошла в дом, где в тканевую суму принялась кидать все, что под руку попадалось. Вопреки своим же мыслям и убеждениям, внутри что-то задрожало.

— Так это… Вчерась мы в баню пошли…

— Куда? — она остановилась как вкопанная, сверкнула страшно глазами.

— Так ведь баня… от всего помогает…

— Ах ты негораздок! Что с ним, говори быстро!

— Сомлел. В себя не приходил, когда я уехал.

Марика зарычала громко и отчетливо, словно волчица. И зачем, спрашивается, она столько сил в этого убогого вливала, чтобы свои же друзья его и сгубили!

Сунула в руки ошалевшего молодца суму, схватила лопату, выгребла угли из печи, выбросила на сырую землю, водой залила.

— Я верхом не умею, — на всякий случай сообщила своему “похитителю”.

— Я догадался. Купил уж телегу с лошадью. Ну как купил… взаймы взял.

— Украл, что ли?

— Обижаешь. Денег хозяевам заплатил, но обещал вернуть.

— Ну а что же о тебе думать, когда ты первым делом меня придушить собирался? Зовут-то тебя как, ребенок?

— Никита. Я не ребенок.

— Для меня все вы — что дети малые.

Тот скривился весь, но промолчал, разумно опасаясь спорить с ведьмой — пока она снова не заупрямилась.

— Ты, что ли, мне кур притащил, умник? — Вот, значит, когда она его видела — он ей кошель от Ольга приносил. Она тогда еще осерчала и обратно кинула.

— Ну, я.

— Голова у тебя чем набита? Мхом да золою? Куда мне в лесу куры, лисиц приманивать? А сейчас что с ними делать прикажешь?

— Ай, да в деревне только свистни, мигом к рукам приберут, — легкомысленно пожал плечами Никитка. — Делов-то. Или давай зарублю сейчас, потом суп сварим.

То ведь были не его куры, он и не волновался совсем!

Марика вздохнула и покачала головой. Кур было жалко. Она уже имена им дала: Рябушка и Крылышко. Живые ведь. Из рук едят, поговорить с ними можно, опять же. А еще яйца несут, вкусные такие. Только если дела так плохи, как говорит Никитка, вряд ли она назавтра вернется. Придется подруженек в добрые руки отдать. Зарубит он! Какой кровожадный у Ольга отрок, оказывается!

Глава 10.