Право чёрной розы

— Это все, что осталось от вашей жизни до пансиона? — спросил лорд Хельгурд, когда я с улыбкой сложила свои «сокровища» обратно в шкатулку и захлопнула ее.

— Да. Просто память.

— Может, вам лучше надеть украшения на себя? — предложил он. — Дорога длинная, если потеряете, будете сожалеть, что не уберегли детские воспоминания.

Я помедлила, а потом снова открыла ларчик, надела на шею цепочку, на запястье браслет. А вот прочее, поразмыслив, вынимать не стала. Не по карманам же распихивать?

— Откуда у вас такой ларец? — задумчиво поинтересовался мой собеседник.

— Это весьма недешевая вещь, которую делают и продают лишь мастера-артефакторы.

— Оплата за услугу. Мне предлагали деньги, но я была маленькой, их у меня все равно отобрали бы. А шкатулка мне очень понравилась, красивая, и розочка на крышке. Ну, как мое имя… Я попросила ее, не зная о том, что она зачарованная. А мастер взял и согласился, — пожала я плечами.

— Это что же за услуга такая должна была быть? — поднял брови лорд. — Даже предположить не берусь, что мог сделать ребенок, которым вы тогда были, для мага-артефактора.

— Да глупая услуга на самом-то деле. И я едва не попалась. Я тогда сбежала от… неважно. И увидела, как на ярмарке в соседнем городе один из… цыган срезал у симпатичного, хорошо одетого дядечки с пояса кошелек. Этот господин сразу же обнаружил пропажу и так ужасно переживал, кричал, что ему теперь не жить. А у меня имелись веские причины не любить вора, я его хорошо знала. Поэтому я украла украденное, проследила за пострадавшим до трактира, где он остановился, и вернула пропажу.

Выяснилось, что в кошельке были жутко дорогие зачарованные драгоценные камни для какого-то амулета. Этот дядечка оказался мастером. Он мне деньги предлагал, но если б я их взяла, то это обнаружилось бы и меня тогда точно прибили бы. Поэтому я отказалась. А месяца через три, когда я уже жила в пансионе и гуляла со своими компаньонками по столице Ондалии, он меня случайно увидел и узнал. Угостил мороженым и предложил все же отблагодарить за то, что я его выручила в тот раз. Привел в свою мастерскую и опять совал деньги. А я увидела эту шкатулку и влюбилась в нее, не зная, что это такое на самом деле.

Кивнув, мужчина вручил мне документ, в котором значилось, что некий Хельгурд Навасса выкупил обязательства Розалинды Торвальди, и что отныне она ничего не должна пансиону. Показал само долговое обязательство, на котором теперь стояла печать пансиона и размашистая надпись: «Погашено».