Ведьма на выданье

Эх, зачем тебе волколак?

— Лаской да добрым словом, — улыбнулась я. — Каждый зверь это любит, хоть и может быть с виду грозен.

Повисла тишина. Все явно переваривали информацию. Малгожата аккуратно толкнула меня локтем в бок. Корятович спрятал улыбку за бокалом вина. Вот же ж… Эх, была б я постарше, возможно, плюнула бы на все эти Выданья, на князя с его дурацкими письмами и на не слишком обрадовавшегося моему предложению Лешека, и осталась бы здесь.

А что? Феодор — красивый мужчина, с хорошим чувством юмора. А что упырь… и вся его семья тоже упырья, так это мелочи.

Хорошо хоть никто мысли читать не умеет. Поэтому ужин завершился на приятной и умиротворяющей ноте. Однако перед тем как отправиться в комнату, я взяла метлу под мышку, Бецика за шиворот (его таки сняли с люстры) и заявила:

— Хочу поговорить с волколаком.

Малгожата явно не горела желанием общаться с волчеком, но возражать не стала. Еле сдержавшись, чтобы не затискать тетушку в благодарных объятиях, я последовала за ней в подвал.

Правда, пришлось выйти во внутренний двор. Полная луна освещала весь замок, превращая черную ночь в бархатно-синюю, пронизанную серебром звезд. Когда мы проходили мимо колодца, в нем что-то загрохотало и застонало. Я от неожиданности дернулась и чуть не впечаталась в Малгожату.

— Тихо-тихо, не бойся, — улыбнулась она. — Он только шалит.

Покосившись на колодец, я увидела хулиганскую морду черта, который не растерялся и подмигнул нам.

— Ночь-то какая, прекрасные пани, — промурлыкал он, — романтика-а-а.

— Тебе бы все романтику, пан черт, — хмыкнула Малгожата. — Не пугай мне девочку, охальник.

Тот показал язык, сверкнул острыми рогами в свете луны и исчез в колодце.

— Кошмарный тип, — покачала она головой. — Золота не давай — дай пошалить.

— А любит золото?

— Конечно, — кивнула Малгожата, — обязательно любит. Есть даже легенда, как он забрал всю воду из подземных источников и за её возврат потребовал мешок золота. А на тот момент у Корятовича его не было.

— И как же поступили? — с интересом спросила я, осторожно спускаясь за тетушкой в подвал. — Вода-то сейчас есть.

— Феодор на то и Феодор, — рассмеялась Малгожата, открывая тяжелую дверь. — Мешок… он ведь может быть любого размера. Вот и отдал приказ сшить ему крохотный мешочек, на одну монетку. Положил её в мешочек… да и отдал черту.

— А тот? — хихикнула я, поражаясь сообразительности Корятовича.

— Тот осерчал, ушел далеко-далеко. Но потом вернулся.