Шаг к (не) Счастью 1… - Академия.

Мама после развода с папой возглавила общественный совет Фонда помощи зоопаркам и заповедникам России, и Лизавета про себя полагала, что уж теперь несчастным выхухолям, зеленым голубям и гималайским медведям ничего не грозит, это точно. Во всяком случае, ничего страшнее самой мадам Кудрявцевой. По сравнению с ней, браконьеры - просто кучка непутевых скаутов с рогатками.

Ухода мужа Евдокия Кудрявцева попросту не заметила, а узнала обо всем только из письма собственных детей, отчаявшихся донести эту важную информацию устным способом.

Единственной ее реакцией было гневное фырканье и громогласная эпитафия экс-супругу: «Ежели пожилому человеку охота выставляться дураком, тут уж ничего не поделаешь!».

С тех пор имя Алексея Кудрявцева в семье не упоминалось, а ее мать с некоторым даже облегчением окунулась в работу. Теперь ей уж точно никто не мешал. Тем более все ее дети выпорхнули из родительского гнезда, и Елизавета оказалась предоставлена самой себе, потому что маму, с позволения сказать, так и носило не только по всей стране, но и по всему миру - по заседаниям, форумам и конференциям.

А ведь Елизавете недавно исполнился всего двадцать один год! Правда последние из них шесть лет она провела одновременно в двух параллельных мирах. Один - нудный и привычный, повседневный в большом промышленном мегаполисе. Мир серых улиц, одинаковых многоэтажек с привычным набором около этих многоэтажек аптек и супермаркетов. Но зато никто, никто не мешает Лизе, вернувшейся с учебы или работы, запереть двери, плотно занавесить окна, набрать всяких вкусняшек, завернуться в старый и уютный халат, забраться с ногами на диван и…

…уже через мгновение оказаться совсем в другом мире.

Там, где небеса - лазурь и жемчуг, где в реках водятся русалки и ундины, где дамы неприступны и прекрасны, а кавалеры никогда не отступают перед трудностями и при первом же удобном случае норовят схватиться за шпагу и спасти деву, которая в беде…

Одним словом, последние шесть лет Лиза хорошо себя чувствовала, лишь открывая любимые книги.

Почти все любовные романы и классическая литература были перечитаны вдоль и поперек, и это не мешало Лизоньке снова и снова спасаться от серого и нудного мира реальности в придуманных искрящихся мирах.

Вздохнув после пятнадцатиминутной репетиции перед зеркалом, Лизавета плюхнулась на диван, взяла пульт от телевизора, нажала кнопку. На экране суетились какие-то люди, дикторша с неестественно ровными зубами беззвучно разевала рот и глупо хихикала.