Жена на замену, или попаданка для темного принца

– А теперь тише! Мне нужно сосредоточиться перед встречей с «сестрой».

– Она р–раскусит тебя в два счета, – ворон мотнул клювом.

– А ты умеешь подбодрить! Но я не планирую с ней общаться. Поприветствую, а потом упаду в обморок, а затем скажу, что ужасно себя чувствую. И надеюсь, мне повезет.

– У меня есть идея лучше. Я частично могу открыть для тебя воспоминания самой Анабель. Не все, конечно же, но…

– И почему ты сразу этого не сделал?! – я оборвала птицу, слыша, как щелкнула дверь. – Быстрее! Действуй!

Дважды повторять не требовалось.

Ворон в одно мгновение принял форму черного тумана. И этот темный туман принял меня в свои объятия.

В одно мгновение пространство вокруг будто пришло в движение. К горлу подступила тошнота, а глаза заслезились. Но мгновение, и все исчезло. Зато изнутри меня захлестнули яркие эмоции. Перед глазами замелькали какие–то обрывки воспоминаний…

Двери с громким хлопком распахнулись, впуская в зал невысокую хрупкую белокурую девушку в бледно–голубом платье

– Бель! О, моя дорогая! – девушка кинулась ко мне и спустя мгновение заключила в объятия, обдавая сладковатым ароматом духов, а затем всхлипнула над самым ухом.

Похоже, девушка явно расстроена… Чем, интересно?

– Авро… Рори, – я проговорила уменьшительно–ласкательное имя, всплывшее в памяти. – Что случилось?

– Все… все это… – светлая принцесса еще раз всхлипнув, отстранилась и часто–часто заморгала ресницами. – Я не видела тебя неделю, а будто целую вечность! Эти правила и обычаи так несправедливы… – она гневно мотнула головой.

– Но как только отец позволил, я сразу отправилась сюда! Вся Алемерия сейчас только о тебе и говорит!

Младшая принцесса Алемерии, ее высочество Аврора Лаксен, выглядела в точности такой же, какой ее мне показал Ноксель. Она была очень похожа на сестру. Разве что на ее щеках сейчас было чуть больше румянца, а в больших голубых глазах застыли слезы. Длинные светлые волосы были распущены и струились локонами по плечам, а бледно–голубая ткань платья добавляла девушке какой–то легкости, воздушности, которой я еще не видела здесь.

Сердце судорожно сжалось в груди, переполняемое посторонними эмоциями. Чужая душа, конечно, потемки! Но все же, судя по всему, Анабель действительно некоторое время не виделась с сестрой, трепетно относилась к ней и любила. Чего не скажешь о новоявленном супруге. При воспоминании о Рэйнарде внутри разгорались совершенно противоположные чувства. Смешанные, непонятные.