Странник четвертого круга

Из прислуги — один старый горбун. Истину говорю — прислужник колдуна. И взгляд весьма недобрый. Дядюшка меня своим наследником назначил, чему матушка весьма рада оказалась. Нас шесть ртов, а состояние наше невелико. Так что ей большое облегчение наступило».

«17 марта 1734 года.

Дядюшка скончался. В постели его тело остывшее нашли. Слуга и не опечален вовсе, говорит, что так и должно быть, раз новый хозяин появился. Господа милосердного более не поминаю. Нельзя мне теперь, я другому господину служу».

«29 марта 1734 года.

Веду разбор дядюшкиной библиотеки. Средств он мне оставил предостаточно, чтобы жизнь ученым занятиям посвятить. Написал матушке, что готов сестрам достойное приданое выделить. Храни их тот, кого мне поминать теперь нельзя»

На этом перевод заканчивался, и Кирилл отбил письмо переводчику: «Абсолютно с Вами согласен. Редкостная дичь, но семейные традиции нужно чтить. Я хочу все архивы перевести и издать в виде книги. В следующем году у дедушки юбилей, ему будет приятно».

Ответ прилетел незамедлительно: «Что ж, я рад. Работу продолжаю. Весьма рад, что работаю с таким преданным своей семье молодым человеком. Вы удивительный юноша. Я, как преподаватель с сорокалетним стажем, знаю, о чем говорю. Иногда я даже представляю, как в аудиторию заходит расстрельная команда, ставит на кафедру пулемет и медленно, очень медленно заправляет ленту. А эти великовозрастные балбесы бросают свои телефоны и ощущают непреодолимую тягу к учебе… Мечты, мечты, где ваша сладость… С уважением, Георгий Леонардович».

Звякнул телефон, и Кирилл заинтересованно взял его в руку. Номер он поменял, и связаться с ним мог только один человек. Собственно, это он самый и был. Кирилл прочел сообщение.

«Срочно появись в том же кафе. Вопрос жизни и смерти».

— Надо же, какая экспрессия, — буркнул он себе под нос.

Но почему бы и не встретиться, вдруг у парня беда. А человек он неплохой, что для его сегодняшней жизни вовсе немало. И Кирилл зашел в кабинку туалета, переместившись в туалет того же кафе, где они передавали книгу заказчику.

— Здоров! — весело сказал Кирилл.

— Здоров! — вяло ответил Ринат.

— Чего смурной такой? Кого хороним?

— Заказчика хороним, — хмуро ответил Ринат.

— Какого? — резко сел Кирилл. — Этого, с рыбьими глазами?

— Его самого! — кивнул Ринат. — Теперь его брат требует встречи.