Странник четвертого круга

Он был не тем, кого показывают по телевизору. Он являлся патриархом настоящим, великим, и почти всемогущим. Но при этом он жил в крошечной обители и колол себе дрова, не используя свои возможности даже для того, чтобы разжечь огонь. Впрочем, одно исключение все-таки было. Отец Иоанн пользовал бесноватых, но и на это он почтительно испросил благословения у местного епископа, который незамедлительно его дал. Лично примчался на своем Лексусе в заштатную обитель, и дал. Патриарх выглядел совсем не старым, лет на шестьдесят, высокий, худой, с пронзительными умными глазами.

Здесь не было газа, и беспредельно могущественный человек жил в крошечной келье, которая отапливалась голландской печью, пополам с братом по обители, живущим через стену.

— Что же ты, Карло, — укоризненно сказал отец Иоанн, — не навестил меня, старика? А я вот ждал тебя. Самовар поставил, варенье приготовил. Облепиховое! Ел ты у себя в Италии облепиховое варенье?

— Нет, отец, я о таком даже не слышал, — ответил Карло, который чувствовал себя, как напроказивший мальчишка.

— Ну вот и попробуешь, и в Монте-Кассино отвези, сам знаешь кому. Он просил.

Инквизитор почтительно склонил голову. Конечно же, он знал, о ком идет речь. Отец Доминик, настоятель главного монастыря католического мира, тоже был одним из Патриархов, удалившихся от мира. Видимо, два этих человека, десятилетиями не покидавших свои обители, продолжали общаться. Хотя, что им стоит… Они же почти всемогущи.

— Ты пей чай, Карло, пей, — заботливо сказал отец Иоанн. — Прости, сигарой не угощу, не терплю нечистого зелья.

Инквизитор чуть не поперхнулся от неожиданности. Неужели Патриарх знает все? Он попытался прочитать ответ в его глазах, но не смог. Глаза отца Иоанна казались двумя бездонными голубыми омутами, которые затягивали его в свои водовороты. В них читалась столь бесконечная доброта и всепрощение, что Карло с трудом отвел глаза.

— Тогда вы, наверное, знаете, зачем я сюда приехал… — промямлил инквизитор.

— Я не знаю, зачем ты приехал, — пожал плечами отец Иоанн, — но я знаю почему.

Высшие силы ткут новый узор на ткани бытия, и тебе уготовано в нем свое место.

— Что я должен сделать, отец? — жадно спросил Карло.

— Слушать не разум, но сердце, — сказал старик, подкидывая полено в печь. — Оно вернее приведет тебя к цели. И помни, что не всегда является злом то, что кажется таковым. Слушай сердце, и не совершишь тех ошибок, что мог бы.

— Я совершу ошибки, святой отец? — пересохшими губами спросил инквизитор.