Пронзая ветер

Его лицо помолодело, и в то же время сделалось хищным. Он по-птичьи склонил голову, разглядывая Лани, а потом резко сдавил ей щеки. Девушка взвыла бы, если могла. Не от боли, она ее не чувствовала, а от ощущения того, что под руками Скульптора лицо сминается, превращаясь в нечто бесформенное.

Все потемнело перед глазами. Кресло дрогнуло и начало круговое движение. Ужас вспыхнул и угас, словно свеча от порыва ветра, а потом в голове раздался щелчок. Мир разорвался разноцветной хлопушкой. Ланетта снова была пятилетней девочкой.

Отец, улыбнувшись в золотистую бороду, вручил ей серебряный кругляш и подтолкнул к ярмарочному аттракциону. «Развлекайся, малышка, у папы еще есть дела». Она оглянулась, но купца уже не было. Размалеванный клоун крутил педали, приводя в движение деревянную платформу с забавными фигурками зверей. Девочка вручила ему монетку, оседлала синюю лошадку и ударила по бокам своего игрушечного скакуна. Они помчались за красным медвежонком. Тот устремился за желтым котенком, охотящимся за зеленой рыбкой. В центре этой круговерти скакал красный мячик с желтым ободком, отбивая ритм. А клоун все быстрее крутил педали, непрестанно кривлялся и вещал через рупор женскими голосами.

– …Шут должен выступать на Арене, а не волочиться за принцессами, – прорычал он сурово.

И тотчас истерично закричал визгливым голосом:

– Не было ничего!

Девочка пришпорила деревянного коня, пытаясь нагнать медвежонка, и карусель закружилась быстрее.

– Вы целовались!

– Нет, он просто пел!, – спорил сам с собой клоун, все яростней нажимая на педали.

– Колдовские песни!

– Нет, о любви!

Медвежонок захохотал и послал девочке воздушный поцелуй. Веселая мордочка вдруг превратилась в глумливое лицо графа Кембарлендского. Его глаза сально блестели, а на губах пузырилась кровь.

– Поцелуй меня, дорогая, – прошамкал он беззубым ртом.

Девочка взмахнула неожиданно возникшей в руке кочергой:

– Гори в Аду!

– Убийца, убийца, – засмеялись карусельные звери.

– Влюбился, влюбился, – кривлялся клоун.

Граф-медвежонок зажмурился, вытянул трубочкой губы и начал причмокивать, изображая поцелуи:

– Чмок… чмок… чмок.

..

Остальные звери захохотали и стали делать то же самое. Разозленная девочка пришпорила своего конька, и карусель закрутилась быстрее под дружное чмоканье.

– Глупости, ни в кого я не влюбилась!

– Чмок, чмок, чмок, – дружно отвечали ей карусельные игрушки.

– Чмок, чмок, чмок, – присоединился к этой глупой игре клоун.

– Чмок, чмок, чмок, – отстукивал ритм мяч.