Дар Древнего короля

– Сможешь? – уточнил Змей, наблюдая, как я медленно поднимаюсь.

– Попытаюсь.

– Уж попытайся, – съязвила Талина. – Не хочу помереть из-за того, что ты споткнёшься и где-нибудь грохнешься.

– Ты всегда можешь бросить меня и убежать, – заметила я, крепче стиснув рукоять меча.

Теперь точно его не выпущу. И не потеряю.

– Никто никого не бросит, – отрезал Змей, глянув на Талину, и предупреждающе сверкнул глазами на меня: – А ты не спотыкайся. Пошли.

Он первым сорвался с места, а следом выбежали мы и оказались на поляне.

Сердце зашлось безудержной дробью, разгоняя в венах кровь, когда в нос ударил ещё пока несильный запах разложения, и пришло узнавание местности, где совсем недавно кипела битва. Теперь мы у разрушителей как на ладони. И отныне нас скрывал только туман.

Пока мы двигались вперёд, я молилась Древним, чтобы не поднялся ветер и мы не столкнулись с кем-нибудь из разрушителей. Вот ведь ирония… Раньше я патрулировала границу, вылавливая прокажённых, а теперь они охотились на меня.

Мы бежали без оглядки, рассчитывая успеть проскочить между разрушителями, пока образовалась брешь в их патруле.

Как вдруг Змей остановился и тихо скомандовал:

– Стоп!

Я еле успела затормозить, чтобы не врезаться в асигнатора. Остановилась буквально возле его спины, а вот Талина чуть не сшибла меня с ног. И ощущение от столкновения было такое, будто на меня налетел бык. Я сдавленно ойкнула, а она смущённо произнесла:

– Извини.

– Пустяки, – отмахнулась я, пошевелив плечами.

Наверняка, все из-за слабости.

Будь на её месте Змей или Тог – лежать бы мне на земле.

Я упёрлась ладонями в колени и ещё раз пошевелилась. Странно... Перед глазами всё плыло, но боли не было. Сразу вспомнилась старая байка, которой нас пугали старшие ученики в Школе ловцов: боль исчезла – значит, близится смерть. Никогда в неё не верила, но теперь она вдруг приобрела особый смысл.

– Впереди кто-то есть, – процедил Змей.

Он склонил голову набок и внимательно прислушался к окружению. Выбившиеся из хвоста пряди волос упали ему на лицо, но он даже не попытался их отбросить.

Змей застыл, будто каменное изваяние, готовый к броску, и с холодным расчётом во взгляде.

Я последовала примеру асигнатора и тоже обратилась вслух, надеясь понять, что его насторожило, но всё заглушал собственный пульс. Глухими, назойливыми ударами он отдавался эхом в голове, раздражая и окончательно «ослепляя» в тумане. Поэтому я бросила эту затею, полностью положившись на асигнаторов.