Тридцать четыре Ежки для Кощея. В погоне за женихом - 2

В довершение потрясающая полуулыбка пробежала по его губам…

Приплыли. Берите меня под белы рученьки, я на все готовая.

Драгомир бесшумно облокотился на дверной косяк и принялся разглядывать меня.

— Вот это мужчина!.. — выдохнула я, прислушиваясь к удивительной тишине коридора.

— Что? – переспросил он, разрушая момент очарования.

Я буквально рухнула с небес на землю.

— Сладенького захотелось, говорю, — потерев висок, поправилась я, и, рассматривая ничем не примечательный однотонный коричневый ковер на полу, добавила: – Просто жуть.

Уф… кажется, обошлось.

— Мирослава, тебе нужно быть терпимее с Цветаной, — не отставал Драгомир. И опять этот голос… Он смерти моей хочет? Ан нет, у него на мой счет были другие планы. – Пообещай, что не будешь ее больше задирать.

Он издевается? Вот как откажешь, когда он так близко стоит, а исходящие от него властность и сила дурманят похлеще вина, словно пробираясь под самую кожу. Его пронзительный взгляд напротив… Губы, словно высеченные из гранита …

И меня будто молнией ударило, а точнее – меня посетила гениальная идея.

Может, конечно, не совсем гениальная, но тут главное было — не упустить момент.

— О чем Вы?! Совсем я с Вами заболталась. Мне спать пора. – И, вытянув губки трубочкой, нахально предложила: — Поцелуй на ночь?

Я, конечно, чего-то ждала (ну, позлился бы там Кощей немного и успокоился), но точно не того, что последовало за моими словами.

Драгомир отреагировал мгновенно. Усмехнувшись, будто только того и ждал, он властно обвил рукой мою талию и притянул к себе.

Я вскрикнула от неожиданности и осознала, что мой план летит ко всем чертям. Пока я соляным столбом стояла и обдумывала, что делать дальше, меня крепко прижали к груди, и удивительно восхитительные, но в то же время безумные ощущения накрыли меня с головой.

Обжигающий властный поцелуй Драгомира смел те жалкие сомнения, что успели промелькнуть на задворках затуманенного сознания.

Мои руки скользнули ему на шею, и в жарком безумии я отдалась его требовательным губам.

Сильные горячие ладони жадно гладили мою спину, вырисовывая круги, будто Драгомир убеждал меня довериться ему. Я позволила себе на мгновение поверить ему, и мое тело, изогнувшись, расплавленным воском растаяло в его руках. Наше прерывистое дыхание смешалось. Затерянная в бушующем вихре смущения, сожаления и безумного желания, под чувственным напором губ Драгомира я окончательно сдалась. Вцепившись в его плечи, я с безрассудным пылом прильнула к нему.