Враг моего сердца

Парни начали распахивать свиты, повеселели даже и завели разговор с охотником, расспрашивая о том, как здесь живётся. Атей отвечал поначалу неохотно, но после разболтался, стараясь, впрочем, говорить не слишком громко: лес, он не очень-то шум любит. Это только нечистых отгонять годно — блажить — а если входишь в Храм по своей воле и рассчитываешь на милость Хозяина, то и и вести себя надо тихо. Леден, казалось, и не слушал никого, словно один шёл. Елица разглядывала его укрытую тёмно-синей рубахой спину — показалось, уж до самых мелочей запомнила.

И всё хотелось спросить о чём-нибудь — да не решалась.

Скоро смолкли и остальные мужи, напряглись, за оружие невольно похватались. Светлый, пронизанный ярким солнцем лес сменился ельником, что обрушился на всех после неширокого луга, на который уже вывели скот — пощипать молодой, проросший сразу после схода снега, мятлик. Вот было ясно и радостно — и вдруг сомкнулись кругом вечно сумрачные стены зелёных елей. Зачавкала под ногами подтопленная земля, застыл воздух без единого вздоха ветра.

— Вот тут я вас и оставлю, — торопливо проговорил Атей. — Вы себе посохи возьмите — путь щупать. Болото неглубокое. А том и посуху где пройти можно. Скоро скальная стена с юга встанет — так вот вдоль неё идите. А как закончится, так снова на юг поворачивайте.

— Княженку, значит, на нашу совесть оставляешь, — впервые за весь путь высказался Леден.

И глянул на охотника вроде и насмешливо, но и недобро тоже. Тот под его взором сник и потупился, да страх его, видно, гораздо сильнее был, чем желание Елице помочь.

Он распрощался со всеми скомканно и ушёл, не оборачиваясь, по едва проступающей средь травы тропе. Княжич только головой покачал, глядя ему вослед, а как тот скрылся из виду, повёл всех дальше. Благо думать над тем, куда идти, не нужно особо: Чарина поможет.

Лес становился всё дремучее: явно сюда уж давно никто не ходил, даже по грибы или ягоды.

— И что? — Стоян беспокойно огляделся. — Когда помощница наша появится?

Леден оглянулся на него, собираясь, верно, что-то ответить, но позади всех вдруг прозвучал звенящий, словно морозный родник, голос:

— А вы меня уж, гляжу, заждались, как на посиделках?

Бесстрашные воины, которых и ратью встречной не напугаешь, вздрогнули одновременно.

Брашко — тот и вовсе за оберег на шее схватился. Мавка обошла его, глянув без интереса, улыбнулась Стояну, который так и встал на месте, медленно к ней поворачиваясь.