Враг моего сердца

А позади тебя мавка стояла и так ненавидяще смотрела, что аж по хребту продирало. А после утопила тебя.

Елица невольно прикрыла ладонью губы: всё верно волхва описала. Было с ней такое: до сих пор ночами обрывки того страшного дня приходили. Да не увидела, видно, чем всё окончилось. Что спас её Леден — может, тогда и не оборвалось бы сердце у неё, спокойна она осталась бы. И была бы теперь здорова.

— Было со мной такое, верно, — Елица погладила её сморщенную, почти хрустящую, точно тонкая береста, кожу. — Но жива я, видишь ведь.

Княжич остёрский меня выручил.

— Сокол тот? — хитро прищурилась Сновида.

И похожа стала оттого на девчонку, что у подруги секрет выведать пытается.

— Тот, — Елица вздохнула.

И едва не обернулась, чтобы убедиться, что он позади стоит. Да не было его рядом в этот раз: и она впервые ощутила это до странности остро. Словно привыкла уже к нему за всё то время, что вместе они по княжеству разъезжали. Чудно…

— Так зачем приехала? — Сновида ещё немного приподнялась, опираясь на подложенные под спину валики.

— Не просто же так прогуляться.

Елица покивала и достала из поясного кошеля маленькие изваяния Богинь, уже не надеясь особо, что волхва сумеет помочь распознать, откуда они. Она вложила идолки в ладонь её.

— Очень знать мне нужно, откуда эти фигурки. Я нашла их на старом капище подле Радоги. И думаю, что отец там их оставил. А вот зачем…

Сновида подняла руку и оглядела коротко резные колышки. Одного взгляда ей хватило, чтобы лицо её озарилось удивлением.

Но, на счастье, и узнаванием тоже. Она провела большим пальцем по узким бороздам, не торопясь отвечать. Сердце так и замерло в ожидании хоть одного её слова, которое могло бы как подарить надежду, так и отобрать её.

— Я знаю, откуда эти идолки, — волхва наконец подняла на Елицу просветлевший взгляд. — Но место это не здесь находится. А там, откуда остёрцы пришли. На их землях. Бывала я там ещё в молодости два или три раза. Место то сильное, но и страшное тоже. С самых времён стоит среди леса на холме, как Милогнев своё племя с юга привёл.

Только слышала я давно, что со временем его позабросили. Пожар там страшный прошёл, лесной. Всё сгорело. А снова устраивать никто не стал — посчитали, что место теперь недоброе.

— Все они, эти места, недобрые. Будто отец знал, что так будет. Что никто туда не станет ходить и его тайны тревожить.

— Может, и знал… — Сновида развела руками и вернула Елице фигурки. — Только тебе без княжичей туда соваться не стоит.