Враг моего сердца

Страшное разочарование уже разлилось внутри, и выскользнула из пальцев, словно изворотливая рыбина — надежда. — Они познают, каково оно — жить и не знать, сколько родят поля, и хватит ли зерна хотя бы до середины зимы. Найдутся ли в лесу ягоды да грибы. И покажется ли на охоте зверь. И куда бы люди ни шли — недоля преследует их, потому как милость Лады отвернулась от них. Она и от вас отвернётся рано или поздно. От краденного не бывает добра.

Чаян слушал его, медленно кивая. Последние зимы выдались самыми тяжёлыми.

— Сказала же вам княгиня, что она не знает! — рявкнул воевода.

— Постой Доброга, не ярись, — возразила женщина спокойно. — Кажется, я вспомнила, кто знать может. Хоть уверенности в том у меня никакой нет, — она вздохнула, опустив взгляд в стол, но подняла его снова. — Только вы пообещаете мне, что никого в Велеборске и любых весях княжества без нужды не тронете.

Чаян слегка склонил голову набок, явно, неприкрыто даже любуясь княгиней.

— Обещаю, Зимава.

Княгиня вздохнула, словно на что-то решаясь.

— У Борилы есть дочь средняя. Зовут её Елица, но вы, может, о том слышали.

— Ну, слышали, — буркнул Леден.

Кто ж о той княженке не слыхал. В своё время, когда Чаян только жену себе выбирал, ходили слухи, что Елица — самая завидная невеста во всех окрестных княжествах. Да только остёрцам о ней и думать запрещалось. Потому-то никогда они её не встречали.

— Она овдовела пять лет назад и живёт сейчас в дальней веси — Звянице, что под Лосичем. Учится волхованию у одной из местных жриц, — голос Зимавы становился всё холоднее. Похоже, дочь Борилы от другой женщины она недолюбливала. — Они с князем были очень близки. Он многое ей доверял. Возможно, Елица сумеет вам помочь.

Доброга сокрушённо покачал головой. И весь его вид выражал неодобрение того, что рассказала сейчас неприятелям княгиня. Леден внимательно оглядел его лицо, натолкнувшись на ответный хлёсткий взгляд — и понял, что в той незнакомой пока княженке и может крыться ответ.

— Что ж, это уже гораздо лучше, — Чаян облегчённо улыбнулся. — Но всё проверить ещё нужно. Может, обманываешь ты нас, в заблуждение вводишь, чтобы время потянуть. А потому мы останемся здесь. Ни тебя, ни людей твоих я гнать пока не буду — покуда не прояснится всё. И за сыном твоим приглядывать стану тоже.