Любовь не выбирают

И запомни: в ней живут не только смертоносные демоны.

После этого с постели донесся долгий прерывистый выдох, словно прорицатель наконец-то выговорился. А затем он затих. И лишь неровное дыхание, с трудом различаемое человеческим ухом, доказывало, что он до сих пор жив.

– Нам пора, – нетерпеливо тронул меня за локоть владыка Таалу.

Я задумчиво кивнула. И позволила себя увести, до последнего не понимая, что же именно имел в виду уставший от жизни старик.

Обратно мы возвращались в гнетущем молчании.

Раалу, получив от брата какой-то знак, к моей радости, куда-то свернул и больше не раздражал своей кислой физиономией. А вот с повелителем мы всю обратную дорогу старательно избегали что-либо обсуждать, хотя нам было что сказать друг другу.

– Я пришлю за тобой Риату чуть позже, – тихо промолвил моран, когда мы вернулись на террасу. – Лаборатория уже свободна. Надеюсь, в ближайшее время ты успеешь подготовить список ингредиентов?

Я молча кивнула.

– Ты устала? – снова спросил он, когда стало понятно, что разговор я поддерживать не намерена.

Я так же молча пожала плечами и отступила на шаг, собираясь уйти. Благо дорогу я на этот раз все-таки запомнила и, будем надеяться, где-то поблизости уже ждет четверка молчаливых стражей-«мурашей».

Все-таки неудачное у меня выдалось утро. Поспать нормально не дали, от завтрака я сама отказалась. К оракулу вроде бы и рвалась, но после посещения той комнаты на душе словно камень лежал.

И все время казалось, что запах смерти въелся в мою кожу. И вьется над нами даже сейчас, как большое ядовитое облако.

Пойду, наверное, и впрямь отдохну, не то опять всякие гадости начнут мерещиться. А потом еще раз все обдумаю и решу, стоит ли тут вообще оставаться. И имеет ли смысл идти на поводу у нелюдей, которые всерьез планируют от меня избавиться.

– Обычно оракул не ошибается, – в третий раз нарушил молчание повелитель, упорно глядя куда-то в сторону.

 – Но его предвидения довольно расплывчаты. Что-то из увиденного исполняется, что-то нет… но пока тебе не стоит беспокоиться.

– Угу, – согласилась я, думая совсем о другом. – По крайней мере, на протяжении месяца.

– Да, – вздохнул моран и вдруг поднес мою руку к лицу, совершив при этом глубокий, подозрительно шумный вдох. Глаза его снова закрылись, а на губах мелькнула и пропала едва уловимая улыбка.