Королевская академия магических искусств. Формула любви

Не могу сказать, что я сильно расстроилась прерванному знакомству. Хотя Герард, безусловно, парень красивый. Только наглый уж больно. Впрочем, это же ван Эзерхольд. Чему удивляться? Я быстро обернулась: Герард недовольно высказывал что-то опустившей плечи сестре.

Но Алекс! Вот что значит друг. Не только в глаз готов обидчику дать (было однажды), но даже от ядовитого языка богатой красотки прикроет.

И главное, с каким достоинством он поставил ее на место. Я бы не смогла лучше! Держится как потомственный ван, хотя получит эту приставку только по окончании академии — особая привилегия для магов с семеркой в резерве.

Слишком таких мало. Не удержишь — сманят соседние государства. Вот и приняли в нашем королевстве этот закон, ведь титул — это не только возможности, но и присяга.

— Вы вместе учитесь? — спросила я друга просто потому, что мне надоело идти на остановку омнибусов в гробовом молчании.

— Да, мы в одной группе с Герардом, — ответил Алекс. — А Каролина… Совсем скоро она официально станет моей невестой.

Я запнулась о камень мостовой. Как невестой?..

Разумеется, я понимала, что у Алекса есть другая, скрытая от меня часть жизни, в которой просто обязаны были быть другие девушки. Но я почему-то была уверена, что о серьезном увлечении он мне сообщит. А тут… даже не увлечение.

— И давно ты… влюблен в нее? — уточнила я, изо всех сил стараясь не показать обиду.

От появления в его жизни Каролины в наших отношениях ничего не изменилось. С чего бы мне вообще расстраиваться? Но чувствовала я себя абсолютно раздавленной.

С самого детства я привыкла, что у меня есть Алекс. И теперь, когда стало ясно, что его очень скоро у меня может не быть (вряд ли невеста позволит нам и дальше дружить, хотя бы из вредности), это было как смотреть на внезапно разверзшуюся под ногами землю. Полная дезориентация в пространстве.

— Шутишь? — Он покосился на меня, останавливаясь.

— Почему шучу? Она… красивая.

Алекс полностью развернулся ко мне.

— Ты ведь знаешь, я не привык сомневаться в своих поступках и решениях.

Я кивнула — знаю. Он криво улыбнулся и договорил:

— Так вот иногда я думаю, что зря мы поменялись с тобой пробирками в детстве. Проблем только прибавилось.

Меня как громом ударила догадка:

— Ты «семерка» — огромная редкость, а Эзерхольды их собирают…

— Настойчивая семейка, — поджал он губы в тонкую полоску, однако, будто вспомнив что-то, хмыкнул: — Хотя ваны другими не бывают.