Возрождение. Книга 1. Легенда

Со всем этим богатством она направлялась к себе, слушая, как вдалеке жужжит скопление взрослых голосов – это был первый на ее памяти раз, когда приехала пара, финансирующая пансион. В столовой встретились все преподаватели и гости. Они обсуждали увиденное после подробной экскурсии по участку, если верить тому, что слышалось из-за приоткрытой двери.

Мира поспешила прошмыгнуть мимо комнаты, чтобы не помешать взрослым. Казалось, получилось – она скрылась за следующим поворотом и тут же столкнулась с неизвестным человеком.

- Отец Юрий…

Он молча положил огромные худощавые ладони на плечи подростка.

- Почему ты гуляешь по коридору, дитя? На дворе позднее время.

- Я задержалась в библиотеке.

- Ах да, точно, - мужчина чуть улыбнулся, но глаза его при этом оставались будто стеклянными. – У тебя ведь День Рождения, верно? Сколько тебе исполнилось?

- Тринадцать.

- Тринадцать. Ты уже взрослая, - он переместил свою руку на запястье Миры и под ее взглядом, постепенно меняющимся с доверительно-веселого на непонимающий, принялся поднимать рукав платья.

- Что вы делаете?

- Хочу посмотреть на твою кожу… - шепотом протянул он, проходясь пальцами от запястья до локтя. – Твои руки. Погоди.

Мира и опомниться не успела, как он затянул ее в арку, ведущую в другой коридор, и расстегнул верхние пуговицы платья, затем принялся стягивать его с плеч. В том юном и ранимом возрасте она даже не думала сопротивляться, лишь прерывисто дышала, застыв на месте, и пыталась уложить в голове то, что с ней происходит.

- Позвольте узнать, Отец Юрий, что происходит?

Мужчина, будто не делал ничего постыдного, выровнял корпус и обернулся. Мира же с надеждой впилась в силуэт, застывший в паре метров. Это была высокая женщина со светлыми волосами, не покрытыми платком, и в тонкой черной мантии, надетой поверх платья.

- Дитя, почему ты не спишь? Позволь, я провожу тебя в твою комнату? – спокойно предложила она, после чего протянула ладонь. Мира в эту же секунду сорвалась с места, даже не оборачиваясь. Существовала только эта женщина, с которой еще днем они садили подсолнухи в саду. Приезжая, но вызывающая доверие.

Когда их пальцы коснулись друг друга, настоятельница улыбнулась, но ее улыбка вдруг дрогнула.