Женская магия (или Вызов для попаданки)

Эй-лон-хеймские же модницы щеголяли в свободных юбках-колоколах с простыми ремнями, пышных блузах, пелеринах и жилетах. Шляпки, соломенные и с минимумом украшений, очевидно, находились тут на пике моды.

У одной девушки, пробежавшей мимо Лизы, поверх рукавов были надеты канцелярские нарукавники. В руках она несла стопку бумаги, а из-за уха у нее кокетливо торчал карандаш.

— Стиль модерн! Мой любимый! Я этого не выдержу, — простонала Елизавета, срывая с головы шляпку а-ля «сад цветов». — Мы выглядим глупо! Нам срочно нужно переодеться!

Однако во всех лавках центра Эй-лон-хейма цены на одежду были столь высокими, что барышни Эреер быстро отчаялись найти что-нибудь по кошельку и вкусу.

Оказалось, что Миза наворовала не так уж много. Лиза не знала, смеяться ей над этим или плакать.

Модистки встречали девушек любезно, но стоило им рассмотреть посетительниц, как оживление на лицах сменялось кислой гримасой. Наряды в витринах, как повседневные, так и вечерние, были прекрасны, но сестры могли примерить их на себя лишь мысленно.

Впрочем, Лиза настояла на том, чтобы обновить шляпки – уродливые головные уборы с выцветшими цветами угнетали ее больше всего.

— Вот бы появиться в таком у дяди, — мечтательно проговорила Инара, разглядывая воздушное платье с вышивкой, выставленное в витрине дорогой лавки готового платья. — И чтобы шлейф… и перчатки. На нас там всегда смотрят как на бедных родственников… мы и есть бедные родственники.

— Насколько богат наш дядя? — поинтересовалась Лиза, присматриваясь к другому вечернему наряду, расшитому бисером цвета пепла.

Пожалуй, для юной девушки оно было бы слишком… сдержанным. Елизавете пришлось напомнить себе, что она юная особа неполных девятнадцати лет.

— Несколько лет назад его состояние значительно увеличилось, — рассеянно ответила Инара, разглядывая шарфы на манекене. — Он сделал пристройку к дому, обновил обстановку и начал разводить скаковых лошадей. Кузен Эйд тогда пошел на поправку, увы, ненадолго.

Эйден – противный тип, но я рада, что ему, наконец, стало лучше. Будь с ним осторожна, он никогда тебя не любил. Ты единственная всегда могла отвечать на его колкости. Его это бесило.

«Так себе женишок», — подумала Лиза.

Гостиница, в которой остановились сестры, оказалась скромной, но чистой и тихой. В нее пускали только дам, и Лиза дала Роогу пару «синиц», чтобы тот разместился на постоялом дворе неподалеку.