Фамильные ценности

— Как вы на ней только спите?

— Хорошо сплю, крепко, — ответил он и повернулся ко мне. — Экзекуция закончена?

— Не экзекуция, а процедура, — сухо возразила я. — Да, на сегодня всё. Завтра после завтрака будет вторая.

— А потом третья. И так до тех пор пока…

— Не увидим результата, — закончила я за него и спросила участливо: — Очень было больно?

— Терпимо, — дипломатично ответил он. — У вас, оказывается, очень нежные руки, инора Альдер.

— Боюсь, слишком нежные, чтобы качественно проминать вашу каменную спину, — попыталась отшутиться я.

Я бы сама их нежными не назвала. Коротко остриженные ногти, въевшиеся пятна от зелий, мозоли на подушечках пальцев от артефактов и карандашей для записи — всё это делало мои руки совсем не похожими на руки благородных дам. У той же Катрин кожа на руках сияет белизной, а розовые ногти аккуратно подпилены и покрыты лаком. И сама она нежная, воздушная, хрупкая фарфоровая куколка.

— Слишком нежные для вашего возраста, — не унимался майор.

— Это вы сегодня на руки гостий насмотрелись. Насколько я поняла, там как раз была одна молодая и красивая. Наверное, на её руки засмотрелись, вот и мерещится вам всякое.

— Да, инорита Катрин красивая, — задумчиво согласился майор, вызвав в моей душе бурю негодования. — И её действительно было сегодня слишком много.

Он смотрел то на меня, то на мои руки. Нехорошо смотрел, задумчиво. Но я пока полную проверку не закончу, не уйду, потому что не хочу, чтобы за ночь с моим пациентом произошло что-то нехорошее.

Я поэтому и хотела начинать исцеление с утра. Но пока можно было обойтись малой кровью — я прикрепила к пациенту заклинание, которое проработает до утра и даст мне знать, если ему станет плохо.

— Инора Альдер, а почему вы постоянно носите этот уродливый чепец? — неожиданно спросил он.

— Положено по должности, — нашлась я.

— Я поговорю с дядей и добьюсь разрешения заменить это уродство на другое.

— Не надо мне заменять одно уродство на другое, лорд фон Штернберг.

Я к этому уже привыкла.

— Странное дело. Вы сейчас кажетесь куда моложе, — продолжил он меня добивать. — Почти как инорита Катрин.

Упоминание внучки иноры Линден меня разозлило. Дамы уехали, пора бы про них забыть. Или нет, не надо забывать — у меня же тут сокровища лежат, к которым надо добраться.

— Смотрю, у вас все мысли про инориту Катрин. Нанесите ей визит завтра. Они вас наверняка приглашали.