Чужой мир - мои правила

Ходит за ней, как бычок на привязи, в рот заглядывает. — Улыбнулась Морена.

— Дурак! — Даждьбог остановился напротив жены, и посмотрел в глаза. — А я смотрю тебе это нравится? — Затем отвернулся, и зло рыкнул. — Помеха она будет. Там и так тяжко.

— Не будет. Встанет сзади и гимны Роду, о победе петь будет. Поддержка высшего в сече, не помешает. — Богиня обняла мужа. — Верить детям надо, они давно выросли, и лучше нас знают, как жить.

— Выросли... — Недовольно пробубнил тот. — Росту большого, да ума малого.

Ладно. — Махнул он рукой. — Посмотрим, что из этого выйдет, но ежели что, то я нарушу закон. Спущусь и в сечу вступлю, даже если меня после этого бессмертия лишат. Мне сын дороже закона.

— Погоди. — Отстранилась Морена и прислушалась. — Там Славушка о чем-то молит. Смерти просит. Меня просит, и самого Рода. — Она замерла, словно прислушиваясь. — Ратмир умереть хочет? Все неймется старому. Погоди, погоди... — Она зажала ладонью губы мужа, пытавшегося что-то ответить. — И ведь откликается на ее молитвы высший, услышал смертную девку.

Вот чудо, так чудо, дарует оборотню смерть. Ну и дела! Ну и невестка у меня! Пигалица еще несмышленая, а с самим Родом разговаривает. Повезло сыну, как тебе когда-то. — Она улыбнулась, заглянув в глаза Даждьбога. — Под приглядом будет. С такой-то женой, худого не сотворит.

— Это неясно, кому еще повезло. — Незлобно огрызнулся тот, и поцеловал губы богини смерти.

— Чего болтаете попусту. Пока вы лясы точите, там уже сеча начинается.

— В Правь влетел, потрясая посохом, взлохмаченный Перун. — На готове будьте. Ежели что, то вниз спустимся.

— А как же правила? — Усмехнулась Морена.

— Плевал я на все правила, там мой внук и моя невестка, они мне дороже. — Он махнул сорвавшейся с пальцев молнией, и замер. — Все, молчим, смотрим и ждем.

***

— Идут. — Прокатился тихий шепот по волчьей стае.

Они стояли на дороге ведущей к спящей, и не знающей о грозящей ей беде, деревне. Ночь медленно, пока еще нерешительно, накатывала на мир, словно опасалась того, что сейчас тут произойдет.

С одной стороны, слева от Богумира переминался с ноги на ногу, и улыбался лихо, а с другой, по правую руку хмурился в человеческом облике Ратмир.

Бог слышал, как возбужденно дышит сзади Слава. Боится девушка, и это не мудрено, не место ей тут, но разве переубедишь упрямицу. Говорит, что ее любовь и молитва поможет в бою. Какая уж тут любовь, скоро по полю ненависть разольется.