Чужой мир - мои правила

— Едва успела, спасибо Орону, помог. — Она подошла и обняла сына. — Побереги ее. Постарайся быть рядом. Инглия не в себе, и поклялась убить. Мне страшно за вас.

— Никто не позволит мне, находится со Славуней рядом, так близко, как это надо, до тех пор, пока наши руки не соединятся в браке под ликами богов. — Нахмурился Богумир.

— Знаю. — Кивнула Морена. — Но не спеши с этим. Перун ищет выход из положения. У него есть идеи, как вам помочь, но нужно время. Верь. Семья на вашей стороне, и все сделает для вашего счастья.

***

Перун сидел на своем троне и угрюмо смотрел на стоящих напротив Ярило и Инглию. Он был зол на столько сильно, что слова не могли сорваться с губ, вгрызаясь спазмами в саднящее горло. Перед ним семейка неуправляемых богов. Амбициозный, вечно недовольный владыка солнца все время строил козни, он был один из тех, кто метил на место главы пантеона, и не скрывал этого. Вечный соперник, со времен создания сущего, противник всех предложений Перуна, вечно ищущий конфронтации.

Была возможность породниться через Инглию и Богумира с солнечной семьей, пусть и не подружиться, но хоть как-то сгладить углы противоречий, соединив детей в браке, но своенравный и упрямый внук, все разрушил своей неожиданной и страстной любовью. Что дальше делать бог грома знал, и это знание ему не нравилось.

— Твоя дочь, бог солнца, нарушила закон. — Перун поднял грозный, полный обвинения взгляд на Ярило, и медленно перевел его на Инглию. — Ты вторглась в мир людей с целью убийства, что недопустимо.

— Кто бы говорил мне о законе. — Перебил Бог солнца главу пантеона. — Первыми нарушила закон ваша семейка. Морена не только возжелала смерти человека ради собственных интересов, поддавшись чувствам, но еще и посмела вытащить бренное тело на кромку, я даже не могу представить, какого наказания заслуживает богиня смерти.

— Да. — Кивнул Перун и улыбнулся так, что Инглия похолодела от ужаса. — Конечно моя невестка провинилась, не спорю, и на ближайшем совете высших поставлю вопрос о ее преступлении, а также и, что она сама одумалась, осознав, что неправа.

— Он встал с трона и подошел в плотную к Ярило, посмотрев полыхнувшими молниями тому в глаза. — За одно и о проступке Инглии поведаю, и о том, кто не допустил смерти невинной девушки, окоротив богиню солнечного луча, почувствовавшую вседозволенность, благодаря потакательству своего отца. — Он вновь вернулся к трону и сел.