Магическая практика. Пройти и (не) влюбиться

Ручаюсь, в переводе со снобского на человеческий это могло означать только одно: «Что мне делать с этой занудой?» А ничего не надо со мной делать. Сама о себе позабочусь!

— В уставе четко написано, — Леон, насмешливо изогнув бровь, скопировал мою интонацию, — что студентов на практике обязаны поставить на довольствие. И если начальник гарнизона не счел нужным об этом побеспокоиться…

Фальконте развел руками, мол, что ты как маленькая, правила правилами, но никто и не думает их соблюдать.

— Обойдусь! — проворчала я.

Я оглянулась. Саквояж, сиротливо приткнувшийся к изгороди, да маячившее в окне недовольное лицо мастры Морелли вернули меня на грешную землю. Куда теперь? На поклон к старосте? Объясняйся с ним еще. За это время волки точно доберутся до кабанятины…

— Мастро Фаббри даст людей, которые помогут принести мясо, — холодно известил меня Леон, словно сумел заглянуть в мои мысли.

Хотя, полагаю, у меня все на лбу крупными буквами было написано.

— У вас достаточно сил, чтобы проводить мужчин к поляне, где мы оставили добычу?

Снова на «вы»? Ладно.

— Достаточно! На боевом факультете мы проводим по несколько часов на полигоне каждый день не просто так.

Я боевой маг, помнишь?

Краешек губ Леона изогнулся в насмешливой ухмылке. Мой денщик возвышался надо мной на полторы головы. Да уж, он явно помнит, кто здесь начальник…

— Только мне сначала нужно… — Я поглядела на саквояж.

— Я пригляжу за вашими вещами, — отрапортовал Леон, вытянувшись по стойке смирно.

Снова паясничает. Было бы перед кем: соседи разошлись, можно не изображать старание. И то правда — лучше пойду, пока не взорвалась!

Во дворе дома старосты собралось пятеро помощников с ним во главе. Дорога к поляне, где мы оставили добычу, и обратно заняла не так много времени. Это вчера я петляла по холмам, а напрямик — не больше пары километров.

Словоохотливый староста присел мне на уши. Он то ли опасался выволочки от начальника гарнизона, поручившего ему студентов, то ли негодовал на Леона — я не очень поняла.

— Ничего себе хозяин выдрессировал питомца! — не сдержала я изумления.

К Леону у меня сочувствия не возникло: побегал, размялся, его не убудет.

— Слова какие чудные говорите. — Староста смахнул с затылка выступивший пот.