Счастье из другого мира

От спёртого воздуха в комнате было трудно дышать, а в сочетании с тяжелыми благовониями, укутавшими каждый уголок небольшого помещения в свои тяжёлые объятия, казалось, что ещё немного и я точно задохнусь.

В комнате никого не было. Ни души. С лёгким болезненным стоном попыталась приподняться на локтях, но тело отказывалось слушаться. Ноги ватные, руки – тоже. Оставив попытки сесть, снова легла и, закрыв глаза, задумалась.

Постепенно сознание начало уплывать.

Но громко скрипнувшая створка двери, не дала мне провалиться в болезненный сон: я на чистом упрямстве повернула голову ко входившей в спаленку женщине.

Худая, словно высохшая, старушка лет семидесяти заглянула внутрь и, встретившись со мной своими блекло-зелёными глазами, с несвойственной для её возраста прытью, влетела в комнату.

- Глория, девочка моя! – её щебет, словно кувалдой, бил по моей ещё плохо соображающей голове, - напугала же ты меня!

- Как давно я здесь? – охрипшим голосом спросила я.

- Почти сутки. Я нашла тебя в мастерской без сознания.

Слава богу, я проходила мимо и услышала твой стон, - глаза старушки, такие живые, словно два ярких пятнышка на фоне старушечьего тела, наполнились слезами, - тебе принести чего-нибудь? – опомнившись, спросила она.

- Воды, - вытолкнула я неповоротливым языком.

- Лежи. Я мигом, - с этими словами Катерина развернулась и вышла из комнаты.

Катерина. Я знаю её – она моя няня. Преданно служившая моим родителям много-много лет.

Голова загудела. Не давая копнуть глубже в воспоминания.

Нужно снова постараться расслабиться.

Минута, две – и ни единой мысли в голове. Ничего.

Кажется, я уснула, и во сне пришли так необходимые мне воспоминания…

…Передо мной какая-то странная машина с большим количеством кнопок. Сначала я думала, что не справлюсь – уж слишком сложной она казалась. В помещении шумно и очень людно.

Мои пальцы ловко переключают какие-то датчики, кнопочки, на автомате. Тело точно знает, что нужно делать и как всё это работает. В металлической обшивке этого агрегата отражение: женщина, лет шестидесяти или около того, с собранными волосами, чтобы не мешали работать…

Взглянула на свои пальцы, потом снова на отражение… Странно, это я.

. но и девятнадцатилетняя Глория ведь тоже я… и у девушки точно кожа гладкая, как шёлк без единой морщины.

- Кажется, я сильно ударилась головой, воображение совсем разыгралось, - в разные стороны покрутила головой, чтобы отогнать от себя плод разбушевавшейся или же слегка больной фантазии.