Ангел, шельма и одноглазый кот 3

– Военный гарнизон расположен на защитной стене, которая кольцом окружает город. Предполагаю, что это либо город-государство, либо столица.

- С чего ты взял? – я напрягла зрение. – Я ничего такого не вижу.

- Смотри, - принц рывком притянул меня к себе, протягивая руку вперед, указывая вдаль. – Вон там, вдалеке видны очертания стены.

- Не вижу, - разочарованно вздохнула я.

- Наверное, моё зрение лучше твоего, - его рука опустилась, погладив плечо и скользнула ниже, на талию. Я спиной даже сквозь плотную накидку ощутила исходящее от него тепло.

Он будто бы был ходячей печкой. Напряженные, натренированные мышцы выдавали в нем кого-то очень сильного. Почему-то подумалось, что если он захочет стоять так вечно - будем стоять, глядя на стелящиеся у наших ног облака.

Словно уловив мое настроение, демон приник к уху и прошептал:

- Я бы хотел разделить с тобой свою вечность.

Почему-то его слова меня… расстроили. Стало так грустно, что аж защемило в груди. Сердце заныло от тоски, как если бы в нем когда-то была глубокая дыра, которая зажила, затянулась, но иногда давала о себе знать, будто бы напоминая, что оно, сердце, уже не то, что прежде.

- Ты смогла бы вернуть себе славу своих предков, - продолжил нашептывать Сатус, напоминая каноничного змея-искусителя, предлагавшего Еве яблоко. Не знаю, был ли он змеем… Но я точно не была Евой. И яблоки не любила.

– И даже больше. Ты бы превзойти их. Всех, кто был до тебя. Только представь, ты и я, вместе во главе одной из самых могущественных империй.

О нас бы слагали легенды С тебя писали бы фрески. О твоей красоте сочиняли бы песни, которые матери напевали бы как колыбельные. В твоем распоряжении была бы огромная армия, которая смогла бы уничтожить любого врага, только ткни. И любой твой приказ исполнялся бы по щелчку пальцев. Перед тобой склоняли бы колени сильнейшие из сильных, готовые отдать за тебя свои жизни.

Он шептал, одновременно мягко едва заметно касаясь теплыми губами мочки уха, а будто бы убаюкивал. Чем дальше он говорил, тем глубже меня утягивало в водоворот чего-то зловещего и темного, но такого приятного… потому что он мог сделать приятным все, что угодно.

Даже самые пугающие вещи.

Я погружалась в состояние, близкое к ощущению невесомости, такому, которое бывает только в детстве, когда летаешь во сне. Меня словно бы подхватило ветром и начало уносить куда-то очень далеко. Туда, где не было ничего, кроме голоса Сатуса, который звучал словно бы со всех сторон.

И даже внутри меня.