Ангел, шельма и одноглазый кот 3

Его ротовые придатки уже тянулись ко мне, а черные глаза-бусины отражали мой предсмертный лик. Оказавшись к нему так близко, я получила возможность рассмотреть его детальнее и поняла, что у него нет рта, одновременно вспомнив, что пауки не едят твердую пищу.

Они впрыскивают под кожу пищеварительный сок, растворяющий внутренние органы, а после высасывают всю жидкость из тела своей жертвы, оставляя лишь сухую оболочку.

- Мамочка! – завизжала я, хватаясь руками за голову.

Бешенное биение собственного сердца перекрыл звук острого лезвия, глубоко всаживаемого во что-то живое.

Приоткрыв один глаз, увидела Сатуса, погрузившего свой клинок аккурат в брюхо мутанта. Натужный вздох, короткая брань сквозь зубы, и демон рванул свое орудие вверх, разрезая туловище членистоногого пополам.

Это же какую силу нужно иметь, восхищенно подумалось мне в то время, как из тела мутанта на пол хлынуло что-то, похожее на мутное желе, с протяжным чвакающим звуком плюхаясь вниз объемными хлопьями.

То, что произошло дальше положило конец нашим приключениям в этом трудном перекроенном чье-то больной, злой магией миром.

Последней каплей стало то ли появления мутанта, то ли из-за его уничтожение, но мир съежился, зашатался, запульсировал, заходясь в лихорадке.

Ураганом осколков вылетели из проемов окна, крыша начала трескаться и обваливаться кусками камней прямо на нас, чудом не попадая по головам. Двери захлопали, будто кто-то пытался оторвать их с петель. А после пол накренился, как если бы здание вдруг захотело всех нас вышвырнуть наружу.

Я, демон и две части монстра, истекающие вонючей жидкостью покатились вниз, сбивая друг друга с ног и коллективно пачкаясь в крови, своей и чужой, жиже и липкой дряни. Покатились туда, где под стену уже скатились, образовав беспорядочную груду начавших разлагаться изуродованных тел тех, кто погиб здесь до нас…

Зажмурившись, я ожидала болезненного и отвратного столкновения с мертвецами, заранее попытавшись сгруппироваться…

Вдруг в нос ударил резкий запах животных.

Прокатившись кубарем по внезапно освободившемуся от любых препятствий пространству, в твердости которого произошли изменения, что ощутил буквально каждый позвонок моей спины, я упала на что-то, что тихо и как-то даже успокаивающе зашуршало под мной.

Со стоном открыв глаза, с удивлением обнаружила, что лежу… на снопе сена. В воздухе витает практически убойный запах навоза, а меня со всех сторон окружают стойла, из которых наружу высовываются заинтересованные морды лошадей.